За неимением выбора я смотрел снизу вверх самым затравленным взглядом из всех возможных на этих трех маньяков, что опасно окружили меня. В руках они уже держали какие-то флакончики, с помощью которых и планировали каким-то образом на меня воздействовать.
Отчаянно смирившись, я все же покорно сомкнул веки, отдавая себя во власть этим очаровательным стилистам, искренне надеясь, что я не испугаюсь того, кого увижу в зеркале после их изощренных манипуляций. Была не была. Поржем все вместе надо мной..
Всякий раз, когда к моим глазам приближались слишком близко, я инстинктивно пытался зажмуриться, за что мгновенно получал выговор, а я всего лишь всячески старался защитить свое зрение. Ведь организм готовился к самому худшему, не ожидая от меня такой непростительной ерунды, и вот с горем пополам меня загримировали.
На самом деле я уже и сам не мог спокойно выносить их восхищенные охи и ахи, которые просто издевались над моим природным любопытством, не смеющим упустить какую-либо деталь, тем более касающуюся непосредственно меня самого. Им, определенно, нравилось то, что они делали, я бы даже сказал, они были в бешеном восторге, поэтому, что уж скрывать, я уже весь извелся.
Мне самому было неимоверно любопытно на себя поглядеть, да и подгоняющие возгласы из комнаты типа: «ну, че вы там застряли?!» только усиливали это неукротимое желание, а потом от моих стилистов прозвучало заветное и не менее восторженное:
– Все!
Я тут же сглотнул образовавшийся в горле ком и в нетерпении поднялся на ноги, тут же разворачиваясь к зеркалу. А когда увидел отражение.. широко разинул рот, делая довольно-таки правдоподобный косплей на фильм Крик, и просто.. оторопел. Это я?!
– Твою ма-ать! – как безумный, завопил я и лихорадочно подскочил к зеркалу ближе, чтобы получше рассмотреть это сомнительное произведение искусства.
Из-за закрытой двери в ванную тут же стали доноситься нетерпеливые возгласы, буквально требующие моего немедленного выхода, но ноги меня туда просто не несли. Я тупо смотрел на свое отражение и откровенно охуевал.
– Билл, пусть все обалдеют, пойдем! – меня, охваченного не поддающимся всякому описанию шоком, подтолкнули за плечи к выходу, но я все равно стоял, как забетонированный в пол, и по-прежнему хлопал своими черными, густо накрашенными и такими длинными ресницами, уставившись на себя, словно в первый раз. Я..
– Погоди, дай человеку от шока отойти, – беззаботно засмеялась Сара, которая, кстати говоря, больше не поднимала тему нашей несостоявшейся парочки, чем я был ей несказанно благодарен, и она, как и остальные девушки, сейчас заглядывала в мое невероятное отражение.
Среди них была и Бетани, которая уже трижды сожрала меня своими глазами, но, похоже, все равно все еще была расстроена моим отказом.
– Билл, ты такой.. такой.. – мне даже толком комплимент сделать не могли, но их лица явно говорили мне о том, что получилось.. очень, супер, обалдеть, как круто. – Ты шикарно выглядишь!
Я наконец отмер и даже неуверенно и опасливо улыбнулся своему необыкновенному отражению, начиная крутить головой и разглядывать себя под разными ракурсами. Веки были покрыты толстым слоем черных теней, ресницы казались будто тяжелее из-за туши, и я просто не верил своим размалеванным глазам. Жесть, я выгляжу как какой-то педик! Но, сука, очень даже сексуальный педик.. И девчонкам понравилось до жути..
Я шумно выдохнул и на несколько секунд закрыл глаза, свыкаясь с мыслью, что в таком кричащем виде мне сейчас придется покинуть это помещение.
– Билл, тащи сюда свое тело немедленно! – нетерпеливо послышалось из комнаты, и я снова переглянулся со своими гримерами.
– Давай, и выше голову! – подбадривали меня девушки, и я, взявшись за ручку двери, еще раз оглянулся на зеркало, сказал ему свое короткое «ну, пиздец», нацепил на лицо самодовольную улыбку и под громкий, восторженный свист вышел в комнату.
На жалкие несколько секунд в комнате воцарилась гробовая тишина. На меня были обращены буквально все взоры, из-за которых мне какое-то время было до жути неловко, а потом.. начались комментарии. В основном нецензурные, но они явно выражали самые искренние эмоции и то, насколько были поражены все те, кто меня только видел. Выкусили? Я смог! Не зассал! Видишь, Фостер?!
– Охуеть! – многоголосо звучало в мой адрес со свистом, пока я стоял перед всеми ребятами и самодовольно улыбался голливудской ослепительной улыбкой, оглядывая темным, околдовывающим своей таинственностью и даже похотью взглядом каждого из присутствующих.
Гримеры поочередно поцеловали меня в обе щеки, приобняв при этом за талию, и потом мы торжественно прошли под аплодисменты на свои прежние места. Ошалелые лица окружали меня со всех сторон, и это мне даже начинало странно и необъяснимо нравиться.
Надменно выгнув бровь, я с нескрываемой ядовитой ухмылкой взглянул на развалившегося на полу возле кровати Чмостера, который, как и все другие, неотрывно смотрел на меня удивленно и даже восхищенно, а потом, усмехнувшись, все же отвел взгляд, жадно присосавшись к своей бутылке с пивом.
