Какой же он наглый! Никакого уважения к людям! Я хоть и тоже не особо тщательно иногда подбираю лексикон, но зато знаю, с кем можно говорить таким тоном, а с кем – нет.
– Жить мы будем в общежитии для иностранных студентов. Там очень неплохие условия. Впрочем, вы сами все увидите.
Нет, серьезно, надо было видеть недовольное лицо этого зазнавшегося урода, который тут же заметно скривился и рот раскрыл от одного только слова «общежитие». Да уж, похоже, этот парень действительно привык ко всему роскошному, и подобного рода места для него сродни помойке. Чертов мажор.
Какое-то время студенты задавали и другие организационные вопросы, и если звучало что-либо интересное и полезное, я быстро фиксировал это для себя в блокноте. А спустя где-то еще полчаса мистер Уайт начал закругляться.
– Что ж, думаю, вы все теперь уяснили. Завтра я здесь с одиннадцати часов и буду ждать оставшиеся анкеты. С остальными я прощаюсь на три месяца. Снова встречаемся с вами здесь в двенадцать часов первого сентября, а второго – вылетаем в Китай.
Все поднялись со своих мест и направились к выходу из аудитории, а я, убрав блокнот с ручкой в сумку, поднял взгляд в сторону доски. Там все еще стоял преподаватель, а около него уже вертелся тот противный парень, который своим отношением вызвал во мне внутреннюю неприязнь еще несколько минут назад. Они что-то выясняли, учитель резко жестикулировал, а студент лишь злился от чего-то и выглядел до тошноты высокомерно и недовольно.
– Ну, Билл, осталось пережить лето, и начнется! – хлопнув меня по плечу, воодушевленно начал друг с широкой улыбкой на губах, и я повернул в его сторону голову, тут же теряя интерес к происходящему у доски.
– Да уж, мне тоже не терпится уже побывать в Китае! – мечтательно ответил ему я и точно так же улыбнулся.
Это будет моя первая поездка в эту загадочную, восточную страну, и она просто обязана стать незабываемой!
Спустя три месяца
Сегодня первое сентября, и я по пути на генеральное собрание перед отъездом на практику бессовестно попал в пробку. Стив уже был на месте и присылал мне сообщения о том, что Уайт рвет и мечет от того, что все еще не пришли несколько человек, но о моем опоздании он его предупредил.
Стиснув пальцами руль и закусив губу, я задумчиво уставился на багажник впереди стоящего автомобиля. Как же долго! Опаздывал я уже на десять минут, как вдруг движение снова возобновилось, и я, с нескрываемым облегчением выдохнув, продолжил путь по намеченному маршруту. Главное – ни в кого не врезаться, иначе все полетит к чертям в самый последний момент, а это в любом случае крайне нежелательно.
Быстро вбежав на нужный этаж, я направился торопливым шагом к кабинету и, спешно убрав с глаз выбившуюся из укладки короткую темную прядь, громко постучал, тут же заглядывая внутрь и произнося слова извинения. Получив разрешение войти, я закрыл за собой дверь и окинул изучающим, сканирующим взглядом парты, за которыми по одному сидели уже более-менее визуально знакомые люди.
Многочисленные пары глаз уставились на меня в ответ с явным интересом, а очаровательные девушки, сидевшие на первых рядах, бросали на меня свои оценивающие взгляды и мило улыбались, тут же выпрямляя плечи.
Отыскав свободное место лишь в самом конце аудитории, я уверенно направился к нему, и только когда сел и достал на всякий случай свой блокнот, вдруг заметил, что левее от меня вальяжно восседал тот нахальный брюнет с брейдами, и нас отделял всего-то небольшой проход между рядами.
Подняв голову, он безразлично прошелся по мне взглядом и уткнулся в свой телефон, совершенно не обращая внимания на учителя и его наставления. А я, пренебрежительно хмыкнув, осмотрелся в поисках Стива, который, к сожалению, обнаружился только в противоположной части кабинета. Не повезло.
Отдышавшись наконец, я еще на несколько раз обвел ручкой время завтрашнего вылета и, опустив на стол руки, расслабленно прикрыл глаза, уже пребывая в приятном предвкушении. Но громкий, безжалостно бьющий по перепонкам телефонный звонок, адской трелью раздающийся откуда-то слева, вырвал меня из состояния сладостной нирваны, и я колючим, словно царапающим прямо по коже взглядом уставился в сторону возмутителя моего драгоценного спокойствия.
– Че вылупился?! – хамски и откровенно дерзко бросил мне этот сомнительный репер и беспардонно ответил на звонок.
Взбесился я мгновенно. Жутко хотелось ответить ему в том же духе, да вот только он, расплывшись в слащавой, противной улыбке, которую мне даже захотелось стереть с его гадкой рожи с особой жестокостью, уже потерял ко мне всякий интерес и теперь улюлюкал по телефону с какой-то девицей. Мне лишь оставалось, стиснув зубы, отвернуться и психовать молча. Как же меня бесят такие ублюдки!
