Я видел лишь широкие джинсы Фостера и кроссовки, выглядывающие из-под них, которые остановились ровно напротив меня у противоположной стены, а меня опять захлестнуло смущение. Потом вышел и Уайт, который после переклички принялся расхваливать певцов, в число которых я не входил, но все равно отругал их за то, что вывозить пришлось солистам, а остальные либо мало старались, либо стеснялись, либо тупо стояли и открывали рот, а в итоге дело дошло до меня.
– А мистеру Коулману я хочу выразить отдельную благодарность, – с гордостью проговорил лаоши, а я опять застеснялся, и губы, несмотря на недавние постыдные злоключения, словно сами, растянулись в улыбке. Как же здорово все-таки, когда тебя хвалят, да еще и прилюдно.. – Ваше выступление очень понравилось гостям. Очень приятно, что среди нас есть такие таланты..
Приятно, мать вашу! Это куда круче, чем в прошлый раз, когда меня отчитывали за то, что я потерялся и не ел в столовке. Ну, и за драку с Фостером. Эм.. Фостер..
Не выдержав, я перевел взгляд на стоящих напротив меня и тут же увидел его. Чмище задумчиво кусал губу, и у него на лице, на котором отчетливо виднелось покраснение, было очень крупно написано, что он задумал что-то нехорошее для меня за мой удар. Я как-то автоматически облизнулся, от чего он вдруг заинтересованно вскинул бровь. Вот черт..
Опять оконфузившись, я резко опустил взгляд, а потом услышал голос мистера Уайта:
– Завтра концерт будет уже в семь часов. А с утра подъедет автобус, и мы поедем на экскурсию в буддийский храм.
Если честно, я не слишком уж религиозен. Но и этот вопрос Уайт учел, сказав, что из-за того, что мы один раз сходим в храм, ничего в нас кардинально не поменяется, да и сильно возмущающихся было не так уж и много.
Я снова покосился на Тома и увидел, что он тоже перевел взгляд на меня и незаметно подмигнул, а мне резко стало жарко. Что он себе позволяет вообще?! Как же он меня доконал со своим дебилизмом.. Я уже мечтал, чтобы планерка поскорее закончилась, потому что от Фостера буквально несло какой-то непонятной энергией, от которой мне ноги подкашивало, на губах я будто ощущал вкус его поцелуев, а моя одежда насквозь пропиталась его с ума сводящим запахом.
– Билл, Вы хорошо себя чувствуете? – вдруг окликнул меня обеспокоенным голосом мистер Уайт, и я поспешно кивнул, кое-как натянув на губы улыбку, а в мыслях уже прокручивал, как я ему скажу о том, что мне надо уехать.
Нужна какая-то веская причина, чтобы он не смог отказать, но такую я не мог придумать.. Не говорить же ему, мол, меня домогается Ваш студент! Фу. Стыдоба. Врать что-то про родителей и родственников не хотелось, потому что иногда у меня слишком уж поганый язык, и не хватало еще, чтобы всякий бред потом начал сбываться. Что же сказать ему? Или прибегнуть к помощи Стива? А что он может? А кто-нибудь вообще может хоть что-то сделать против Фостера? Насколько я понял, он не так уж прост, и все вокруг него крутятся не просто так.. значит, влияние на всех у него есть, и еще какое..
Уайту вдруг кто-то позвонил, и он, отпустив нас, ушел к себе в комнату, продолжая разговор, а я, тяжело вздохнув, отправился не к себе, а в комнату Джесс и Стеллы. Не знаю я.. Неужели все бесполезно?
Пока сидел в гостях у девчонок, я все еще пытался придумать нормальный повод свалить из страны, но так и не допетрил. Черт подери! Что наврать Уайту, чтобы обскакать Чмостера?! Он же говорил, что Уайт так просто меня не отпустит, значит, надо думать, как следует, а у меня голова совсем другим забита. Фостер хочет тащить меня зачем-то в город, после чего вернет мне мой телефон. Может, не все так страшно? Там же будет много народа, наверное, и он не будет ко мне приставать..
В одиннадцать я вернулся в комнату, где Стив уже делал задания, которые надо до воскресенья пересылать нашим преподам. Я уж недели две толком ничего не выполняю сначала из-за Пекина, а теперь тупо не до этого..
– Би Эр, зараза, ты совсем уж обнаглел, давай вместе делать! – ворчливо выпалил друг, и я, не возражая, покорно сел за задания, которые мы добили только во втором часу ночи.
Потом оказалось, что я заснул прямо поперек кровати с ноутбуком на коленях, и меня с трудом разбудил сонный голос друга:
– Ложись нормально, Билл.
Я буркнул ответное «угу» и, натянуто улыбнувшись, продолжил спать дальше. Потом меня все-таки растолкали, и я, начиная раздражаться, сел и китайскими глазами-щелками посмотрел на потемневший монитор.
– Я не доделал.. – сонно потирая глаза, протянул я и чуть не грохнулся обратно на кровать, но удержал равновесие.
– Все, завязывай, у нас еще два дня есть, – хохотнув, ответил он и забрал у меня ноут, после чего я наконец расслабленно упал на кровать. – Разделся бы хоть, – судя по голосу, друг улыбнулся, и то, насколько ярко слышалась забота в его словах, делало мне до безумия приятно, ведь Стив попытался закрыть глаза на мои передряги с чмом, и это круто.
– Приятной дрочи, – пожелал я Стиву, когда блаженно откинулся на подушку и в неизречимой эйфории уткнулся в нее носом.
