Потом был урок грамматики. Было до остервенения скучно, поэтому я увлеченно и мечтательно думал о Саре. Меня ощутимо волновал новый вопрос: чем же мне ее заинтересовать? Раз уж на внешность мою она не повелась, значит, определенно был нужен план посерьезнее. Как вариант я подумывал о том, чтобы подружиться с той же самой Бетани, которая около нее довольно-таки часто трется. Таким образом, я побольше узнаю о самой Саре и на основе полученной информации подготовлю ей какой-нибудь романтический сюрприз.
Наконец придя к успокаивающему решению, я мечтательно заулыбался, попутно пытаясь что-то бездумно записывать в блокноте за новой учительницей.
Когда эта нескончаемая пара соизволила закончиться, я, как назло, не смог разойтись в дверях с отвратительным чмом, который застрял прямо в проходе похуже крепкого засора в раковине, увлеченно разговаривая о чем-то с Дэйвом и Джеком, которых я все равно пока что плохо знал, и молча ждать их я, конечно же, не собирался.
– И обязательно надо было встать и пиздеть прямо в дверях? – надменно сложив руки на груди и чванно вздернув правую бровь, язвительно поинтересовался я, тут же привлекая к себе внимание говорящих.
Дэйв будто опомнился, улыбнулся и поскорее освободил мне требуемое место, продолжая при этом активно что-то доказывать мудаку. Тот, как и Джек, лишь быстро и безэмоционально взглянул в мою сторону, не прекращая светскую беседу о каких-то машинах.
Пренебрежительно хмыкнув, я высокомерно вздернул подбородок и грациозно прошествовал мимо них, как вдруг ни с того, ни с сего запнулся обо что-то и едва не растянулся на полу коридора живописным ковром. Благо я успел по чистой случайности выставить перед собой руки и тем самым спастись от полноценного падения.
В коленях от удара об пол тут же неприятно засаднило, а наверху раздались сдавленные смешки и пропитанное откровенной усмешкой покашливание, и это по неведанным причинам меня даже совершенно не удивило.
– Э, как там тебя, штаны бы хоть подтянул, что ли, – ехидно и самодовольно раздалось прямо за моей спиной, и когда я, до одури смущенный и сконфуженный, уже поднялся на ноги, вмиг вперил свой раскаленный до ужаса взгляд в ублюдка, который пристально и глумливо посмотрел в ответ, а спустя пару секунд вновь отвернулся к ребятам.
Недовольно скривившись и пылая праведным гневом, я все же подтянул свои вечно сползающие при любом удобном случае серые джинсы. Лицо невероятно горело пламенем неловкости, и я чувствовал себя последним лохом, который так позорно грохнулся на колени в присутствии мерзкого Фостера, а тот еще и замечание мне какое-то отважился высказать. Можно подумать, до моей задницы ему вообще есть какое-либо дело!
– Это ведь ты?! – неистово взревел я, ожесточенно и презренно тыкая в его сторону пальцем, от чего причина моего бесконечного гнева снова повернулась ко мне и крайне странно ухмыльнулась, принимая на себя неподдельно удивленный вид.
Да просто сомнений нет, что упал я от его позорной и гнусной подножки! И уж такого я ему действительно не прощу!
Мгновенно вспыхнув от яркого стыда и безудержной злости, я молниеносно сократил между нами последнее расстояние и резко замахнулся, чтобы, как следует, начистить твари рожу. Он тут же охнул при моем внезапном приближении и ловко перехватил мою отчаянно атакующую руку прямо за кулак, с силой заводя мне за спину и заставляя нечаянно вскрикнуть от пронзившей ее боли.
– Психопат какой-то, – с легкими оттенками непонимания проворчал он в сторону парней, в следующий миг еще сильнее сжимая руку после моего нового рывка, путем которого я тщетно планировал поскорее освободиться, и так же крепко схватил вторую. – На людей кидается ни с того, ни с сего, – недоуменно возмущался мудило, но по его специфически подрагивающим интонациям я так и слышал рвущийся, издевательский смех.
– Ааах.. – страдальчески скривившись, болезненно простонал я и снова безуспешно дернулся в попытке освободиться, но от этого мне, к сожалению, стало только больнее. – Я знаю, что это сделал.. ах.. ты!
– Эй, Том, да отпусти ты его, – вдруг вступился за меня светловолосый собеседник Фостера, Дэйв, но освободить руку из крепкого, будто железного захвата его пальцев я так и не мог.
Поэтому я лишь стоял, беспомощно раскрыв рот в немом крике от ноющей, с трудом терпимой боли, но в какой-то момент все же изловчился и со всей имеющейся силы наступил на чуть выставленный вперед белый кроссовок. Противник позади меня от этого спонтанного маневра яростно зашипел и в отместку ощутимо пихнул коленом в мое бедро, от чего у меня даже ноги подкосились. Дернувшись, я до скрежетания стиснул зубы, чтобы как-то притупить вопящую в моем теле боль.
– Ты меня уже заебал, знаешь?! – истошно и психопатически заорал мне прямо в ухо Фостер, и от такого внушительного количества децибел в иной мир, определенно, отошла добрая часть моих трусливых нервных клеток. – Че ты так и ищешь повод разосраться?!
