Мне же ведь еще насчет карты с ним когда-то говорить, не буду лучше злить мужика, а то потом вообще решит от меня избавиться, от меня ведь одни проблемы и неприятности..
Я взглянул на Фостера и показательно ему улыбнулся с легким дружелюбием, за которым скрывалось неудержимое желание опустить его башкой в унитаз и несколько раз нажать на слив. Тот хмыкнул и, тоже, в свою очередь, улыбнувшись, заверил Уайта, что, конечно же, безо всяких проблем, с удовольствием сходит со мной.
Мы уже собрались уходить, как препод нас снова затормозил и быстро зашел к себе в комнату, что-то начиная там увлеченно искать, а мы, оставшись наедине, снова вцепились друг в друга колючими, соперническими взглядами, начиная этот неосязаемый поединок, но вот только ощущения от него были практически реальными. Как же он бесит меня..
Вернулся Уайт быстро, но уже с деньгами и клочком бумаги, на котором были небрежно накарябаны какие-то иероглифы, а мы оба резко стали приторно дружелюбными и улыбчивыми.
– Возьмите заодно для меня, пожалуйста, вот это средство. Вечером буду выдавать всем студентам, чтобы не разболелись.
Чмошник криво улыбнулся в ответ, стиснув зубы, и забрал из рук Уайта деньги с листком, после чего мы наконец ушли.
Он шел быстро, и я старался сильно не отставать от него, а направлялись мы как раз таки именно в ту аптеку, про которую я сначала и подумал. По дороге мы не проронили ни слова, только когда переходили улицу, он громко сматерился, так как меня чуть не сбил с ног проезжавший мимо велосипедист.
Я с интересом глазел по сторонам, вслушиваясь в шум моторов, с умным видом читая вывески магазинов, слушая реплики прохожих, и, если честно, даже позабыл, что чмо идет рядом. А почти около входа в аптеку он вдруг заговорил нейтральным и сухим тоном:
– Что тебе надо брать?
Я отчего-то замялся. Откуда мне знать названия лекарств, знал бы, то сам бы затарился и начал лечить Стива. Спрашивает какую-то чушь, недоумок..
– Думай быстрей! Мне некогда, – рявкнул он, сложив руки на груди.
– Что-нибудь от простуды. Да получше, – буркнул я, а Фостер громко усмехнулся в ответ, словно укоризненно покачав головой, и зашел внутрь аптеки, где пахло различными лекарствами.
Ничего особенного: обычные витрины, коробочки, скляночки, фармацевт в белом халате, и не было всяких страшных и ужасных ингредиентов, которые в фильмах использовали для приготовления целебных отваров. Похоже, кое-кто пересмотрел кинох, двадцать первый век же на дворе..
– Какие симптомы? – повернувшись ко мне, снова хмуро спросило одноклеточное и вперило в меня свой цепкий взгляд, а потом очень едко улыбнулось, когда он переместился на мой красочный фингал. На себя посмотри, губошлеп хренов!
– Ты такой тупой, что не знаешь симптомов простуды? – издевательски протянул я, так же, как и он, сложив руки на груди, от чего ехидная улыбка убралась с его рожи восвояси. Он серьезно поглядел на меня, сведя темные брови на переносице.
– Сейчас он, – беспардонно указав пальцем на фармацевта, проговорил Фостер, хотя в Китае не очень-то принято, да даже крайне невежливо открыто показывать на людей. Это только они могут так делать в отношении иностранцев. Ну, нам Уайт рассказывал.. – ..будет спрашивать меня, какие симптомы беспокоят, и даст мне против каждого отдельное, мать его, лекарство. Так что я жду!
– Какого хрена ты вообще орешь на меня?! – я громко возмутился и злобно зыркнул на него, неистово хлопая глазами.
– А ты не беси меня! Будешь говорить или нет? – пуще прежнего раздражался чмырь, а я снова беспомощно взглянул на витрины и перевел смятенный взгляд обратно на козла. Я не справлюсь сам..
– А что-то одно от всего сразу взять не судьба, что ли?
Ответом мне послужил лишь недовольный взгляд карих прищуренных глаз, медленно, внимательно и изучающе перемещающийся по моему лицу.
А я принялся судорожно вспоминать, что там болит у Стива, и выложил всю эту информацию стоящему рядом опарышу. Тот кивнул и занял очередь за какой-то китаянкой, пока я остался торчать около соседней витрины.
Бог ты мой.. какая же у него беглая речь! Я даже специально повернулся в его сторону, чтобы убедиться, что это говорит именно Фостер, а не какой-то китаец с его голосом. Я бесконечно охреневал, слушая его фразы и ответы фармацевта. Часть я, кстати, разобрал, было много непонятного, видимо, это и были те самые симптомы, про которые сам бы я ни за что так не рассказал.
– Гони две сотни, – через плечо обратился теперь ко мне Иксзибит, и я, покопавшись в кошельке, протянул ему пару больших красных купюр с изображением Мао Цзедуна.
Тот, не оборачиваясь, взял их, случайно врезавшись в мои пальцы своими, потом выудил из кармана личные деньги и набрал кучу всего себе, плюс заказ Уайта.
Вскоре я стоял на улице и держал в руках целый пакет с медикаментами, ошалелым взглядом уставившись на безмятежного Фостера, который был до тошноты спокоен, как удав.
– Нафига ты понабрал столько всего?!
