- Ни хрена себе, – пролепетал Олег.
Он снова покосился на девушку – на этот раз скорее боязливо, чем благоговейно. Незримая дистанция между ними, которую Олег чувствовал нутром, вытянулась ещё на несколько условных метров. Предполагаемая личность девушки, к сожалению, не уступала внешности и относилась к высшей группе сложности.
Других открытых документов в ноутбуке не было. Любопытство грызло Олега, но откровенно копаться в чужом компьютере он не мог. Оставалось если не засмеяться, то, во всяком случае, вздохнуть и сделать три или четыре шага в сторону двери, чтобы сорваться за ней в употребление вина и прослушивание группы Coldplay.
Пятница, наступившая на следующий день, обошлась без событий. Когда Олег уходил на работу, девушка ещё не проснулась; когда он вернулся, она вежливо поздоровалась из своей комнаты и попросила прощения за вчерашнее. Олег промямлил, ничего, с кем не бывает. Спросил, будет ли она ужинать. Нет, спасибо, помотала головой девушка. Я уже.
Олег в очередной раз сник и пошёл хлебать свой кефир и жевать огромный нездоровый бутерброд в компании телевизора. Тринадцать человек, напористо сказал телевизор, погибли при пожаре в Курганской области. В Катаре взлетела на воздух машина с бывшим вице-президентом Республики Ичкерия Зелимханом Яндарбиевым. В Питере тоже взорвали «Жигули», но г-н Кислицын, который, по идее, должен был в них сидеть, как раз в тот момент выбирал ноутбук в магазине «Кей» на Ленинском 122. Под конец выпуска, для баланса и просвещения, телевизор объявил, что бригада польских археологов откопала здание Александрийской библиотеки. Секунды через три после слов «Александрийской библиотеки» девушка прибежала из комнаты. Встав рядом с Олегом, она увлечённо просмотрела остаток репортажа.
На десерт подали свадьбу датского принца и австралийской простолюдинки.
- Какое здесь паденье было, Гамлет! – сказала девушка, отворачиваясь от экрана.
- Чего? – не понял Олег.
- Интересно очень, – она махнула рукой в сторону телевизора. – Про Александрийскую библиотеку интересно. Мне когда было десять лет, я прочитала про эту библиотеку... Сколько бесценных текстов там сгорело, как они навсегда потеряны для нас. Меня так впечатлило. Я даже села и написала рассказик в тетрадке, первый свой рассказ вообще. Там было про археолога Кузнецова, он ехал в Египет и находил в пустыне все эти манускрипты якобы сгоревшие, в потайном месте. Архимед, оказывается, построил подземный ход, и во время пожара все книги вынесли быстренько...
Олег слизнул с нижней губы бутербродную крошку.
- ... А сейчас ты пишешь?
- Пишу. Вчера как раз... Закончила повесть. Хотела как-то отметить... Но это на любителя. Фэнтэзи.
- Ааа, – поспешно кивнул Олег. – Фэнтэзи... Я, в основном, по специальности читаю. Ну и там, журналы с газетами... Фэнтэзи не пробовал. Готов попробовать...
В общем, Олег завершил пятницу ещё тремя бутербродами и чтением первых ста семидесяти семи страниц произведения «Третий путь».
Он не понял, понравилось ему или нет. Но за субботним завтраком, естественно, дал положительный отклик. Девушка неподдельно обрадовалась. Минут пять она говорила о специфике жанра, творческом процессе и художественных задачах. При этом она активно жестикулировала и быстрым движением левой руки приструнивала волосы, непослушные после сна. Олег нашёл это движение крайне волнующим.
Потом девушка осеклась и потускнела лицом. Кофе пришлось допивать в неловком безмолвии.
После завтрака Олег наскоро почистил зубы и заторопился прочь –бездарно проводить субботу со мной и третьим приятелем. Когда он зашнуровывал ботинки, девушка выглянула из комнаты. Протянув пару сторублёвок, она попросила его купить интернет-карту на десять часов.
Помню, мы долго таскались по спортивным магазинам в поисках дорогой эксклюзивной фигни, которую третий приятель хотел подарить жене. Потом сидели у меня. Несмотря на Ленкины протесты, за дополнительным вином бегали два раза. Олег в подробностях пересказал нам сюжет повести «Третий путь». Мы хихикали и неодобрительно кивали. Об авторе, однако, Олег не обронил ни слова даже после второго дополнительного похода. Ночевать он остался на раскладном кресле.
В воскресенье днём он вернулся домой. Там его ждали две неожиданности: обед из трёх блюд и Борис. Борис, конечно, звонил – рано утром – и попросил разрешения зайти, но Олег, дав это разрешение, уронил мобильник и голову обратно на пол и подушку соответственно. Он был без сознания ещё часа три, пока мой гадский сосед сверху не начал сверлить. Память о звонке не сохранилась. В общем, когда Олег вошёл в квартиру, громкий голос Бориса из комнаты девушки хлестнул его по ушам, словно дуэт пенопласта и школьной доски из тёмно-зелёного стекла. Олег внутренне скривился и чуть не вышел обратно, но тут и Борис, и девушка выскочили ему навстречу, рассыпаясь в извинениях.
С облегчением вспомнилось, что Борис имеет жену. Кроме того, на кухне оказался тот самый обед из трёх блюд, аккуратно накрытый крышками и завёрнутый в теплосберегающие фартуки и полотенца.
