Далее речь на кухне Олега неизбежно зашла о Подмосковье. Женя принесла ноутбук и показала несколько десятков фотографий клиники. Олег слушал молча. Смотрел внимательно. Кивал мало. Сначала ему было в равной степени интересно и неуютно. При первом же упоминании ФСБ доля интереса стала катастрофически падать. Олег слушал про то, как Женя пряталась в диване, как мелкого олигарха Егора Дмитриевича снимали с франкфуртского рейса, как Зина взорвалась на крыльце вместе с двумя ФСБшниками, как некая Вика плелась с огромными чемоданами сквозь декабрьский лес, как та же Вика, оставив чемоданы в Питере, с купленным паспортом уезжала в Эстонию, как перестал отвечать на письма и звонки адвокат Жука, – в общем, Олег слушал и робко надеялся, что его всё-таки разводят, в целях таинственных и дурацких. Иначе выходило, что красивая девушка, которую ему так уместно подселили, была Б. Березовским и Ш. Басаевым, врагом родного государства в федеральном розыске. Олег переваривал информацию и смотрел на девушку, и падал духом всё ниже и ниже – пока не заметил, что от всего этого безобразия девушка стала казаться только привлекательней.
- Ладно, Борис.
- ... эти люди в Швеции, с которыми мы на связи, они готовы... А? Что?
- Ну, хватит уже информации. Независимо, правда это всё или... Как - чего я-то могу сделать? В чём помощь заключается?
Борис снова открыл рот и стал набирать воздух в лёгкие, явно испытывая трудности формулировки.
Девушка опередила его:
- Олег, ты можешь передать в Швецию кое-что?
Взгляд Олега остекленел.
- Нетяжёлое совсем, – поспешила добавить Женя. – Триста граммов, не больше.
- Триста грамм чего?
- Это – ну, такой контейнер небольшой с образцами. Ткани Зины и Маркова. Вика, что смогла, захватила с собой, когда уходила из клиники. В декабре. Контейнер из пластика специального, нет ни грамма железа. Он совершенно герметичный, так что можешь не бояться заражения никакого. Вообще, заражение так просто не происходит, нужны особые условия. Да мы даже и не уверены, на самом деле, есть в этих тканях Агент в какой-либо форме – то есть, ну, возбудитель – или его там уже нет... Ещё пару дисков с информацией надо будет передать.
- Диски будут замаскированные, – вмешался Борис. – Под музыкальные диски, под обыкновенные пиратские. С обложкой, названием, с аудио-трэками даже можно...
- Да, – подтвердила Женя. – Всё совершенно безобидно будет выглядеть. В крайнем случае, скажешь, что тебе подсунули в аэропорте.
- Погодите, погодите, – Олег невольно поднял руки, как будто пытаясь загородиться от удара в лицо. – Я пока не согласился ни на что. Кому передать, зачем передать, почему я это должен делать? Почему, например, не он – почему ты не можешь это сделать, Боря?
- Я бы рад бы, – понуро сказал Борис. – Конечно, я бы сам. Или даже Катя бы слетала, она хоть по-английски как-то может, я-то ни бе ни ме ни кукареку...
- У них загранпаспорта забрали, – перебила Женя.
- То есть как? – прыснул Олег. – Пришли и забрали?
- Ну да, именно так. Пришли и забрали. В один прекрасный вечер.
- Серьёзно?.. – от нахлынувших эмоций Олег качнулся в сторону Бориса, выкатывая глаза. – Так они вас пасут уже? По полной программе? И ты припёрся сюда среди бела дня?
- Я рано утром...
- ... Они ж, блядь, завалятся сюда теперь! Не сегодня так завтра! И какая в жопу Швеция? Меня после твоих визитов не то что загранпаспорт – посадят на хер за какую-нибудь неуплату налогов! За незаконную аренду недвижимости! Женя, извини, пожалуйста, что я тут матом, просто такая ситуация получается...
- Ничего, ничего! – с пониманием затрясла головой Женя. – Олег, нет, ты послушай, всё не так плохо на самом деле. Точнее, всё даже хуже, но по-другому хуже. Загранпаспорта отобрали не только у Кати с Борисом...
- У нас у всего универа отобрали! – подхватил Борис. – У всего преподавательского состава! У всех аспирантов! Выезд за границу только по письменному обращению. После согласования и собеседования в ФСБ. Ещё с конца марта и вплоть до особого распоряжения, в интересах государственной безопасности. Так нам объявили. В Мечникова то же самое, в Военмеде само собой... Даже в Педиатрическом у всех загранпаспорта поотбирали!
- Они что-то знают о питерских связях Жука, конечно, – очень тихо сказала Женя. – В Мечникова, где он работал раньше, там уже всех на допросы гоняли, некоторых по несколько раз. Мы не знаем, что он сейчас делает, почему они не могут из него вытянуть конкретную информацию, жив ли вообще он... Такое впечатление: они как будто тычутся наугад здесь в Питере. Или же... Они ведь не просто даже нас ищут – у них что-то покрупнее запущено. Помасштабней.
