Рэн отвёл нас к своей повозке — простая, но крепкая, с крышей из натянутой плотной ткани, возможно, даже обработанной кожей. Он поднял крышку сундука, служившего сиденьем кучера, и вытащил несколько карт, сверяясь с нашей.
— Три дня туда, три обратно, плюс ожидание… — бормотал он, водя пальцем по маршруту. — Два золотых за каждый день пути, плюс столько же за простой. По рукам?
— Предыдущий просил по одному золотому, — заметил Волк.
— С его телегой и дохлой клячей вы доберётесь дней за пять. Потеряете время, деньги и, возможно, терпение. А ещё с ним бы вы и до ворот не уехали с ниварной на борту, — Рэн пожал плечами. — А меня это не волнует.
— Он прав, Волк. Мы ведь не на турецкий рынок пришли торговаться, — добавил я.
— Верно! — подхватила Элиза. — Вперёд, навстречу приключениям!
— Элиза, можешь не орать мне в ухо? — поморщился я, прикрыв, пострадавшее от громкой женщины, ухо ладонью.
— Ой, извини, — почесала она затылок. — Просто не терпится уже отправиться.
— Ну что, чего ждём? Закидывайте вещи, трогаемся! — жизнерадостно крикнул Рэн, закидывая карты обратно в сундук и запрыгивая на место кучера.
Мы начали загружать вещи. Я, не задумываясь, протянул Ларе руку, когда она собиралась подняться в повозку. Она с лёгким удивлением посмотрела на меня, но всё же приняла помощь, хоть и немного неловко. Всё же интересно — есть ли в этом мире правила этикета, схожие с нашими? Ну там, дамы вперёд, или, подать руку девушке, либо открыть для неё дверь. Судя по тому, что за главную в этих землях Калиндра, патриархатом тут и не пахнет.
Устроившись по местам, мы тронулись в путь. Солнце уже поднялось высоко, дорога впереди петляла среди холмов, полей и редких лесов. Повозка покачивалась на ухабах, и я вновь понял, как мне не хватает привычной подвески и амортизации. Серьёзно, после каждого такого путешествия моя задница приобретёт форму деревянного табурета.
— По пути будет несколько деревень, — сообщил Рэн, оглядываясь через плечо. — Можем попытать счастья с ночёвкой. Но сразу скажу: народ в деревнях упёртый. В лучшем случае просто не пустят на порог.
— А в худшем? — спросил я, напрягшись.
— С вилами выгонят, — пожал плечами Рэн. — Не любят здесь ниварн. Что поделать — дремучий деревенский люд.
Лара сидела, как всегда, молча, глядя в сторону дороги. Но пальцы её плотно сжали край сиденья. Для начала все предрассудки нужно искоренить из её головы, а это будет не самая простая задача.
— А почему так? — с любопытством спросила Элиза. Я ещё не успел рассказать ей и Волку о положении Лары, только мельком обмолвился.
— Глупые суеверия, — ответил я вместо кучера. — Верят в проклятия межрасовых связей, в дурные знаки и прочую муть. Не думаю, что стоит развивать эту тему.
— Всё в порядке, — мягко сказала Лара и сама, спокойно и без надрыва, поведала свою историю. Та самая, которую мне рассказала Калиндра. Её отец — человек, насильник и ублюдок. Мать — эльфийка, изломанная, сломленная, умерла при родах. Девочку подкинули в деревню, где её хотели убить, пока случайно не оказалась рядом Калиндра. Та спасла её и воспитывала под шквалом осуждения со стороны придворных. — Народ верит, что плод такого союза может нести лишь несчастья… — закончила она спокойно, но в голосе звучала усталость. Тема явно не из самых лёгких для девушки.
— Но ведь это же глупо! — воскликнула Элиза. — А другие полуэльфы? Разве не бывает, чтобы эльф полюбил человека? Вон, в книгах — сколько историй!
— Эльфы не могут полюбить людей… — тихо ответила Лара. — Они живут слишком мало, слишком быстро стареют… да и… не такие красивые… — сказав эти слова Лара осеклась. — Прости. Я не хотела вас обидеть.
— Да не парься, Ларочка! — засмеялась Элиза, как всегда, по-доброму и громко. — Конечно, на фоне любой эльфийки я выгляжу, как… вобла невзрачная! Меня это не напрягает.
Я усмехнулся и, как часто бывает, не подумав, ляпнул:
— А по-моему, красота эльфиек переоценена. Длинные швабры — ни груди, ни задницы.
В повозке повисла тишина. Давящая. Даже колёса на камнях загремели как-то не так. Лара сначала удивлённо взглянула на меня… а потом, чуть опустив взгляд, посмотрела на свою грудь.
И тут же я получил щелбан. Громкий, звонкий — от Элизы.
— Дурачок! Она же может неправильно тебя понять!
— Ты права… Прости, Лара, я ляпнул не то, — пробормотал я, и получил второй щелбан. Уже с усилением.
— Всё ты правильно сказал, да только не теми словами! — фыркнула Элиза. — Ларочка, милая, ты выглядишь шикарно. Не как какая-то глиста в корсете, а как самая настоящая женщина. Грудь, бёдра, талия — всё на месте. Лучше любой эльфийки, уж поверь мне!
Лара была явно смущена. Щёки её залились румянцем, глаза чуть отводились в сторону. Даже ушки покраснели, и это зрелище было одновременно милым и очаровательно забавным. Мне опять захотелось потрогать эти ушки, соблазн был невероятно сильным… но я сдержал свои низменные порывы.