Остановившись, я оглядел эту «арену» — диаметр у трубы был метров десять. Стенки покрывал толстый слой ржавчины и мха. Изнутри несло сыростью.
— Издеваешься? — удивился Игорь. — Зачем лезть внутрь?
— Чтобы не засекли магию, — ответил за него секундант. — Отец Максима Леонидовича строго-настрого запретил ему сражаться на дуэлях, и для этого в его кольце стоит оповещатель. Внутри этого сооружения он бесполезен.
Мы с Игорем переглянулись. Понятно… Похоже, достали родителя вечные дуэли его сына.
— Что ж, — кивнул я. — Веди.
И оба зашагали в темноту. Мы же с Игорем направились следом. Стоило только свету погаснуть, как я понял, о чем говорил секундант — этот металл слегка притуплял внешние воздействия. Особенно магические.
Вытащив телефон, я поглядел на экран. Связь здесь тоже не работала.
Стоило боссу со своим другом исчезнуть в отверстии гигантской трубы, как Хозяева трущоб забеспокоились.
— Эй! А куда это они⁈
— Про трубу никто не говорил! Как мы узнаем, что «ситуация вышла из-под контроля»?
— Э, Колян, че делать?
И все повернулись к своему лидеру. Тот бросил еще один взгляд на трубу, и все вместе они скатились с песчаной насыпи, за которой и прятались. Рядом лежал ящик с молниями, коих осталось ровно десять штук. Неподалеку из кустов выглядывали их мопеды.
— Будем ждать… — решился Коля.
— Чего ждать?
— Как чего⁈ Как только «ситуация выйдет из-под контроля»! Тупой что ли, Кочерга?
— Ааа…
— Крики, вой, визги и все такое! Босс же сказал, не высовываться, вот мы и будем ждать!
— А вдруг…
— А раз «вдруг», вот ты и ступай на разведку! Затаишься где-нибудь в трубе и будешь смотреть! Топай, чего встал⁈
И накинувшись на Кочергу, его быстро вытолкали за насыпь.
— Дуй! Увидишь, что дело плохо, дашь сигнал, и мы ринемся спасать босса!
— Хорошо. Дайте хоть фонарик, а то там…
На него посмотрели, как на идиота.
— Ладно-ладно… Иду…
Для обычного человека тут было мрачнее некуда, и если бы не дыры в «потолке», с которых капала вода, наверное, тьма была бы кромешной. А еще лужи — под ногами больше ничего другого и не попадалось.
— Эх, Иван, — хихикнул Игорь. — Я рад, конечно, что мы друзья, но давай в следующий раз я выберу место, где повеселиться…
— Принято, — отозвался я, заметив впереди летающий огонек, в свете которого показался и Щорс с Францевым. В бледном свете их лица напоминали белые пятна. Как ни странно, оба были трезвые, алкоголем от них и не пахло.
Как и золотом. Это меня немного напрягло.
Мы остановились.
— Не испугался⁈ — удивился Щорс. Эхо от его голоса гулко заскакало по трубе. — А в тебе есть что-то от аристократа, Обухов…
— Поменьше болтай. Или ты все же хочешь передо мной извиниться?
Тот мигом насупился. Глаза загорелись как факелы.
— Прошу не провоцировать его милость, — вклинился между нами секундант. — Все должно быть по форме официальной магической дуэли.
Игорь кивнул мне, и они с секундантом вышли вперед.
— Прежде чем драться, — сказал Илларионов, — я хотел бы зафиксировать готовность к схватке. Кто хочет пойти на мировую?
Он оглядел всех присутствующих. Никто не ответил.
— В случае поражения, какие условия сатисфакции? — задал он следующий вопрос.
— Будет моим слугой, — ухмыльнулся Ройс.
— Отдаст мне свою подружку, — кивнул Францев. — С которой он сидел в баре.
— Будет молить о пощаде, — сказал Щорс. — Лизать мне ботинки, есть из моей руки и так далее. Или умрет!
Их секундант нахмурился.
— Убийство, ваша милость? Я не соглашался на смертельный исход…
— Тебя никто не спрашивает, Петр. Делай свое дело, а то твоя сестра отправится обратно в бордель.
Вздохнув секундант, спросил меня:
— А какие ваши условия?
Я ответил:
— Золото. Все, что есть на счетах этой троицы.
Секундант покачал головой.
— Прошу прощения, но условия дуэли не должны касаться имущества рода. Дуэль подразумевает индивидуальную схватку. И договор должен быть строго индивидуален.
Что ж, стоило попытаться. Увы, зова от точно них не исходило, поэтому здесь и сейчас они не могли мне отдать ничего, кроме оружия и шмоток.
Немного подумав о том, как мне выудить из Францева мою собственность, я сказал:
— Тогда одно желание. На каждого. И оно не касается дел рода.
Секундант повернулся к троице.
— Согласны?
— Желание? — нахмурился Францев. — Какое⁈
Я пожал плечами.
— Пока не знаю. Придумаю, когда вы все трое будете молить о пощаде.
Секундант выдержал секундную паузу, а затем ответил:
— Требовать исполнения личных желаний в качестве сатисфакции не возбраняется дуэльным кодексом. Согласны, господа?
Двое неохотно кивнули, и мы поочередно коснулись перстнями. Они вспыхнули легким розоватым светом.
— Дуэльный договор заключен, — кивнул секундант, а затем посмотрел на Щорса, который так и остался стоять на месте. — Ваша ми…
— Нихера я не буду выполнять твои приказы! — рявкнул он. — Кто ты вообще такой, выскочка? Мой род насчитывает пятнадцать колен! Мой предок…
