– То есть ты действовал на опережение? – напряженно поинтересовалась Альбина, вглядываясь в лицо мужа.
– В каком-то смысле. Считай, мальчик проходит интенсив по обучению реалиям ведения бизнеса в нашей стране.
– Это очень жестоко.
Губы Альбины дрогнули. Нет, с одной стороны, она понимала мотивы мужа. Это было действительно лучше, чем если бы до Саввы добрались конкуренты. Те бы ни перед чем не остановились, чтобы получить возможность манипулировать парнем при помощи компромата. И еще неизвестно, что бы они придумали, чтобы этот самый компромат получить. В какой-то мере дикий поступок Аркаши его уберег. Нет, он уберег… Это безусловно. Теперь Савва явно прозреет и станет гораздо менее беспечным. Но какой ценой…
– Я попытался объяснить на словах, как будет. И что? – дернул крыльями носа Аркаша. – Поганец даже слушать меня не стал. У него в голове радуга и гребаные пони.
– Ну, теперь вряд ли. – Альбина устало опустила голову мужу на плечо. – Иногда я тебя боюсь.
– Альбинушка, я же забочусь о его интересах!
– Нет. В первую очередь, ты заботишься об интересах семьи.
– В данном случае это одно и то же, – парировал Аркаша.
– А если бы нет? Ты бы… слил его, да?
– Это жестокий мир. Каждый, кто сюда сунулся, должен осознавать последствия. Но я ему не желаю зла, если ты об этом. Напротив. Чем дольше я об этом думаю, тем большие перспективы вижу. Такой человек при правильном подходе может усилить наши позиции. Он может стать гарантией твоего благополучия, благополучия наших детей, если вдруг что-то со мной случится…
– Аркаш, – испугалась Аля.
– Тс! Я не спешу на тот свет. Но и не думать о том, что почти на двадцать лет тебя старше, я не могу тоже.
Альбина приоткрыла рот. Но в итоге, так ничего и не сказав, нервно поджала губы. Какой смысл спорить с мужем, когда он уже все решил?
– Ты сказал «при правильном подходе». Как думаешь, если Савва узнает о том, как ты им сейчас манипулируешь…
– Он не узнает. А если узнает и быканет – значит, я переоценил его умственные способности.
– Ладно. Я поняла. Не злись, пожалуйста.
– Я на тебя не умею злиться, – Мудрый потерся носом об ушко жены.
– Когда его отпустят?
– Беспокоишься о мальчике?
– Перестань. Он взрослый мужчина.
– Я имел возможность в этом убедиться, – проворчал Мудрый. Альбина хохотнула.
– Да уж.
Взгляды мужа и жены пересеклись и оттолкнулись в разные стороны. Смотреть порно – это одно. Подглядывать за человеком, с которым тебя столько всего связывает – совсем другое. Особенно когда… Короче, когда они так не могут.
Альбина поднялась на ноги:
– Ты не сказал, когда его выпустят.
– Как только он перестанет изображать из себя взрослого и позвонит папочке.
Аркаша криво улыбнулся. Альбина покачала головой, разглядывая непроницаемое лицо мужа.
– А если не позвонит?
– Значит, я, опять же, его переоценил.
И в этот момент, будто подгадав под него, телефон Аркаши подал сигнал. Мудрый оскалился, мол, ну что я тебе говорил? И лениво пододвинул к себе айфон, ставя вызов на громкую.
– Аркаша, это Савва. Я встрял.
– Что такое?
– Ты был прав. Наши друзья стали действовать, затеяв какую-то совсем уж грязную игру…
– Ближе к делу.
– Меня загребли в СИЗО. Буду благодарен, если ты как-то это разрулишь. Обвинения абсолютно надуманы, я клянусь, и…
– Понял. Жди. Сделаю, что смогу.
Отбив звонок, Мудрый закинул руки за голову и потянулся. Ну, просто как по нотам разыгрался спектакль! Без сучка и без задоринки… А то ведь в последнее время все вкривь и вкось. Удовольствие от того, что его план сработал, заставило Аркашу улыбнуться. На секунду он даже забыл о том, что за ним наблюдают. Опомнившись, открыл глаза и поинтересовался у жены, вскинув брови.
– Что, Альбинушка?
– Почему ты ничего не предпринимаешь?
– Рано еще. Пусть посидит. Чтобы, так сказать, в полной мере проникнуться благодарностью к своему спасителю.
– Аркаша, это жестоко.
– Врачу порой тоже приходится причинять боль пациенту. Но без этих манипуляций выздоровление может не наступить. Аль, ну ты чего? Умненькая же девочка.
Альбина спрятала в ладонях лицо. Нет, она все понимала, правда… Она смирилась, она научилась выживать в этом мире, но порой…
– Наверное, я боюсь, что однажды кто-то поступит так же жестоко по отношению к нашим детям.
– Как раз чтобы им не пришлось сталкиваться с этой стороной жизни, я и делаю то, что делаю, – рыкнул Аркаша. – Приоритеты понятны? Или ты хочешь об этом поговорить?
В голосе мужа послышались металлические нотки. Аля заставила себя собраться.
– Понятны.
– Я могу рассчитывать на поддержку со стороны своей любимой жены?
Слово «любимой» Мудрый произнес с особенной интонацией.
– Абсолютно. Всегда. Я тоже очень тебя люблю, Аркаша.
Аля присела у коляски мужа, сжав его руку в своих ладонях. Ей давно уже следовало быть на работе, но… Сейчас гораздо более важным казалось прояснить ситуацию до конца.
– Он нормально держится. Ты же видела, – уступил Аркадий. За это Аля его тоже очень любила. Стоило ей проявить гибкость, как он и сам тут же смягчался.
– В какой части этого кино? – решила свести все к шутке. Аркаша действительно засмеялся, оголив белоснежные зубы.