Альбина ждала их, сидя на бортике басика. Стоило Мудрому нырнуть, как и она сказочной золотой рыбкой поплыла вслед за мужем. Савва последним вошел в воду и проплыл под ней столько, сколько позволили горящие от нехватки кислорода легкие. В какой-то момент они с Аркашей стали плавать наперегонки. Сначала Савве было даже азартно, но потом он подумал, что не слишком это большая победа – обойти инвалида, и сбавил темп.
– Аркаш… Ну спина ведь будет болеть. Что вы как дети? – возмутилась Альбина.
– Ты про что? – отфыркнулся Мудрый. Аля закатила глаза, дескать, все ты понимаешь.
Савве стало неловко, что он это вроде как спровоцировал. С другой стороны, Аркаша не отставал, значит, ему было важно доказать всем присутствующим, что его не стоит списывать со счетов.
Додумать мысль Савве не дало появление посторонних.
– Аркадий Львович, на два слова… – сказал, как Савва успел понять, начальник Аркашиной СБ, который вполне бы мог явиться на сорок минут раньше, и тогда бы… «Бля-я-я», – мысленно простонал Савва.
– Говори, Миш. Тут у меня ни от кого нет секретов.
Оу… Вот это да. Вот это доверие. Которого он, вот ведь черт, не стоит. Стиснув зубы, Савва потянулся к брошенному на край шезлонга полотенцу. Альбина Ринатовна вытиралась чуть в стороне. Савве приходилось прикладывать усилия, чтобы на нее не пялиться. Но члену в шортах плевать было на его старания. Благо те были свободными.
– У меня не слишком хорошие новости. Документ, который нам предоставил новый муж Татьяны – вполне официальный. И признается в нашей стране.
Савва переглянулся с Мудрым и скосил взгляд на Альбину. Которая, как ему показалось, выругалась под нос. Аркаша недовольно поджал губы.
– Варианты?
– Признание ее недееспособной постфактум – тот еще геморрой.
– Это ты мне можешь не рассказывать, – рявкнул Аркаша. – Что еще? Кажется, мы можем признать его недостойным наследником?
– Запросто. Если докажем, что он причастен к ее смерти.
– У нас есть основания так думать? – включился Савва.
– Главное – это доказать. А там есть основания, нет… Кого волнует?
– Послушай, а ты не допускаешь мысли, что он мог не знать, куда ввязывается? И что ни на какие убийства этот идиот не подписывался, – нахмурился Савва, приглаживая пальцами мокрые волосы.
– А ты понимаешь, что единственный шанс не допустить передачи акций конкурентам – доказать обратное? – придавил его взглядом Мудрый.
– Пиздец какой-то, – прокомментировал Савва.
– Это твои активы. Если хочешь, можешь, конечно, его пожалеть…
– Еще чего. Он должен был понимать риски, когда в это лез, – сказал Савва, отведя взгляд. А сам подумал – бедный Мудрый. Это ведь далеко не первое такое решение, которое ему пришлось принять, чтобы сохранить статус-кво. Как они ему давались?
– Вот именно. Хорошо, что ты это понимаешь.
– Значит, работаем в этом направлении?
– Да. Натрави на него ментов.
– Пока они хотят поговорить с вами и с Саввой.
– Ни я, ни молодой Грос не являемся бенефициарами Танькиной смерти. А этот – вполне себе. Пусть с него и начинают.
– Уверен, что не хочешь проявить лояльность и дать показания?
– Миша, если бы ко мне мог дотянуться каждый захудалый мент, я бы не был тем, кем я являюсь.
– Так эта же встреча нам только на пользу, – не согласился Миша. Савва же пытался как-то переварить тот факт, что смерть его матери для всех этих людей ровным счетом ничего не значила.
– Савва… – тронула его за руку Альбина.
– М-м-м?
– Может, тебе это не надо?
– Что именно? – огрызнулся он.
– Участие в бизнесе. Возвращайся в свою Калифорнию, ты делал гениальные вещи. А здесь… Ты видишь как.
– А голос отписать твоему мужу, я тебя правильно понимаю?
– Аркадий знает, как его использовать во благо. Ты можешь ему доверять.
– Нет. Мы договорились работать в команде. И я буду работать.
– Не злись, пожалуйста. Я же не против. Просто думаю, что ты пока не готов… в том числе к некоторым нестандартным решениям, которые тебе придется принимать.
– Ничего. Привыкну.
– Смотри, чтобы не пришлось пожалеть. Ты просто пока не понимаешь, насколько далеко порой эти игры заходят.
– Что вы там шушукаетесь? – спросил Савва, когда за Михаилом закрылась дверь.
– Твоя жена уговаривает меня уехать, – не стал юлить Савва, с интересом наблюдая за реакцией Альбины на его слова.
– И как? У нее есть шанс? – Мудрый привлек жену к боку, обвив ее талию и распластав по животу руку.
– Нет. Я в деле. И давайте на этом закончим.
– Да не вопрос. Тогда расходимся. Подъем нам предстоит ранний. В девять совещание при правительстве. Поедешь со мной.
– Зачем? Если я даже в дела не въехал?
Уж не для того ли, чтобы выставить его в худшем свете на самом высоком уровне? – мелькнула предательская мыслишка.
– Чтобы продемонстрировать единство нашей позиции в турбулентные времена.
– М-м-м. Если так, то можешь на меня рассчитывать.
– А как еще? – пожал плечами Мудрый, подталкивая к себе кресло. – Поберегу силы.