Аля зарылась носом в кудряшки дочери. Они все-таки нашли старые Аркашины фотографии и долго смеялись, разглядывая их – настолько он был милым мальчонкой. Как же вовремя Акула примчалась… Как раз когда Альбина начала задыхаться под грузом обрушившейся ей на плечи ответственности.
– Ага.
– И еще двадцать человек сверху.
– Точно.
– Поди, не заскучаете, а, Акулин? – подхватил Мудрый, щекоча дочь за ушком. Та звонко расхохоталась. Альбину затопила волна сокрушительной нежности. Ради дочери и сына она… Она и убить бы могла, наверное. По сравнению с этим, что такое какой-то там секс?
– Все равно обидно!
– Ну, она же не специально заболела.
– Я понимаю. Мы можем отослать ей торт?
– Наверное, все возможно.
– Тогда так и сделаем.
Дрыгая ногами, Акула сползла с материнских колен и умчалась. После ее визита Альбина немного встряхнулась. В конечном счете, ничего непоправимого не случилось. И не случится. Ну, подумаешь… Секс. Тем более если Аркаша обещал быть рядом. Получится ли у нее? О, да, конечно! Мысль о том, чтобы развлечься с мужем так, оказалась будоражащей и волнительной.
– Так тебе надо время на размышления? – спросил Аркаша. Альбина утонула в его глазах и поняла вдруг очевидную, в общем-то, истину… Ему это время далось бы гораздо… гораздо тяжелее. Для него, который уже давным-давно все решил, любое промедление теперь было пыткой. Которой она не хотела его подвергать.
– Если ты уверен, что это то, что нам надо, то нет.
– Ты же знаешь, как надо, правда?
– Не уверена, – шмыгнула носом.
– Просто сделай мальчику так хорошо, чтобы у него и мысли не возникло переключиться на кого-то другого, – криво усмехнулся Аркаша. – Это ты умеешь. Уж кому как не мне это знать.
– А ты… Ты когда-нибудь мне изменял? – слова сорвались с губ Альбины прежде, чем она успела подумать, насколько же они глупые… Ведь очевидно было, что…
– Нет. И ты мне не изменяешь. Никогда не думай об этом так.
– А как же мне думать?!
– Измена – это предательство. Ты же идешь на жертву ради будущего нашей семьи. Я ценю ее, девочка. И…
– Что?
– И прошу прощения, что не нашел для нас других вариантов.
– Ты же только что утверждал, что мы ни о чем не станем жалеть, – сквозь слезы рассмеялась Альбина.
– Не станем. Это так… Небольшая ремарка. Чтобы ты себя не винила.
– Тогда ты тоже ни в чем себя не вини. Быть с тобой – это мой выбор. Я хорошо понимала, на что иду.
Понимала, да. И все равно вышла за него замуж. Потому что возможность быть рядом с этим мужчиной стоила любых жертв. Потому что своей любовью, заботой и вниманием он компенсировал каждую. Аллах, как она его любила…
– Альбин…
– Что, мой родной?
– Устрой для меня шоу, – хитро улыбнулся Аркаша.
– Для тебя одного?
– И сама насладись им по полной.
– Может быть, есть что-то… чего бы тебе не хотелось? – спросила зачем-то.
– Я дам знать, если ты зайдешь слишком далеко.
– Тогда пойдем?
– Куда?
– Тебе же надо поплавать? Не будем нарушать традиций.
В тот день развлечения переместились к уличному бассейну, который успел прогреться за пару дней, что стояла жара.
Тот вечер Альбина с Аркашей провели как ни в чем не бывало. Плавали до изнеможения, резвились с детьми. Потом ели мороженое, прямо не выходя из воды. И никто как будто и не вспоминал о том, что им предстояло. Только когда к бассейну вышел молодой Гросс, Аля вскинулась. Мазнула взглядом по его хорошо сложенному телу и, сузив глаза, тихо заметила:
– В одиннадцать. У тебя.
Дебил. Просто полный придурок. Бравада, которая им завладела, стремительно испарилась, когда Альбина Ринатовна согласилась. Или все-таки нет? В конце концов, он же не отказался!
Раздираемый противоречиями, Савва остановился у двери своей комнаты, заставляя угомониться колотящееся в груди сердце. Сделал судорожный вдох. Выругался, ударяясь в такт резким, злым словам лбом о стену, и провернул ручку.
Су-у-ука. Ну, вот куда он лезет? Зачем?
Почему не может остановиться?! Это же, мать его так, неправильно. Да, Аркаша поступил как мудак. Но ведь Савва понимал, что именно им двигало! И тот факт, что он сам пока не научился так легко переступать через чувства людей, лишь доказывал, что без Мудрого ему в этих водах не выплыть. Старый хер, конечно же, опять прав… Так зачем, какого черта?!
Савва зарылся пальцами в волосы и с силой потянул в надежде, что хоть боль его отрезвит. Ничего подобного. Не случилось…
Бросил взгляд на олдскульные Ролексы. Те показывали ровно одиннадцать. Но ведь женщины всегда опаздывают, не так ли? Или это все-таки была шутка? Хорошо бы. Савва понятия не имел, что будет делать, если она придет. Ну, не трахать же… Или? Опять же «или»!