И да, Савву уже не пугало то, как далеко заходит в своих прогнозах. Он больше даже мысли не допускал, что жизнь может повернуться к ним другим боком. Потому как был уверен, что доказал свою преданность и завоевал право быть в семье. К чести Мудрого, тот свою преданность доказал тоже. Пока молодой Гросс добывал компромат изнутри, Аркаша искал союзников за контуром, обеспечивая Саввину безопасность. А ведь он вполне мог этого не делать.
Когда вышел из ванной – Ники, к счастью, и след простыл. От нее осталось лишь сообщение в мессенджере, в котором она просила выбросить ее вещи, которые не собиралась забирать.
Да и пофиг…
Савва надел свежую рубашку, джинсы и помчался в больницу сменить на посту Мудрого. В палате его поджидала премилая картина – бледная Альбина кормила ребенка грудью, а Аркаша склонился к ним, блестя посеревшей лысиной. Волосы его отросли не больше, чем на миллиметр, но Савва поймал себя на том, что впервые видит Мудрого с волосами.
– Привет, – откашлялся он. – Вижу, тебе получше?
Заглянуть Альбине в глаза ему не хватило смелости. Поэтому он обвел взглядом палату. Не сразу понял, что его смутило… Ах, да. В фильмах обычно палаты рожениц завалены цветами. Они же с Мудрым конкретно так затупили. Ну, пипец… Два мужика у бабы, а толку – как с козла молока.
– Да, спасибо. Уже все хорошо.
– Напугала нас.
– Правда? – Аля прижалась губами к лобику сынишки, и себе избегая прямого взгляда. Ну, это что? Это нормально. Когда ей думать об их отношениях, когда столько событий сразу?
– Эй! – прошептала она, трогая прозрачную щечку сына пальцем. – Не спи. Поешь еще, ты должен хорошо кушать.
– Не буди. Уснул – значит, поел нормально, – возмутился более опытный отец – Мудрый. В этот момент Савва даже порадовался, что ему не нужно проходить этот путь в одиночку. Нет, безусловно, он бы справился с отцовскими обязанностями, но когда у тебя на подстраховке есть кто-то знающий – это большое облегчение. Особенно учитывая, что у них ни бабушек нет, ни дедушек. Только они. Друг у друга.
– Он такой маленький, Аркаш. Я как будто по всем фронтам облажалась.
– Ага. Поговори! Еще чего. Облажалась она… – возмутился Аркаша. – А ты чего там стоишь? Давай сюда топай. И руки помой…
Это он к нему, к Савве, и впрямь застывшему изваянием на пороге.
– Можешь понянчить, пока его не забрали.
Он уже держал сына и пытался неумело покачивать. Но сейчас, под прицелом хмурого взгляда Альбины Ринатовны, все было вновь. И без того ужасно неловкие руки превратились ни на что не годные плети.
– Да не трясись ты! – фыркнул Аркаша.
– Себя вспомни, – неожиданно встала на сторону Саввы Альбина. Тот вскинулся. Их взгляды, наконец, встретились.
– Он похож на меня.
– Может быть, – пожала плечами Аля.
Никто не собирался облегчать его участь. И он, конечно, сам виноват, однако и они хороши тоже! В той ситуации все отличились. Но разве могло быть иначе? Им нужно было приладиться друг к другу, где-то пообтесаться, а где-то, наоборот, стать прочнее, нарастив защитный слой… Проверить друг друга. Временем, подлостью, да даже другими женщинами… Поняла бы Альбина, что он для нее что-то большее, чем грелка в постели, если бы он не переключился на Нику? А он? Сумел бы вот так рывком вырасти им под стать, не преподай ему Мудрый таких жестоких жизненных уроков? И он сам… Стал бы доверять Савве настолько безоговорочно, если бы тот делом не доказал ему свою преданность?
Нет. Нет. И еще раз нет.
Им осталось просто принять это. И отпустить прошлое.
Савва забрал сына из Алиных рук. Поверить в то, что она стала мамой его ребенка, было почти невозможно. Ведь когда-то он о ней даже мечтать не мог.
– Встретился с Гончаровым?
– Да. Все нормально… Он сказал, ему понадобится пара-тройка месяцев, чтобы Зарубина слить. Но думаю, нам не стоит напрягаться. В это время ему будет точно не до нас.
Малой причмокнул и смешно поджал губки. Савва зажмурился. Эмоции переполняли, теснили грудь, затрудняя дыхание.
– Можно сказать, что из-за операции ты остался бесплодным. А я просто согласиться стать донором, поскольку вы очень хотели еще одного ребенка… – не стал откладывать разговор в долгий ящик Савва.
– Лучше ты ничего не придумал? – рявкнул Мудрый.
– Есть еще вариант с вашим расставанием… Ну, типа, вы расстались. Мы начали отношения…
– Зашибись – у меня выбор. Импотент или рогоносец?!
– Бесплодие не равно импотенции.
– Кто станет разбираться в тонкостях?!
– Тут я не уступлю, Аркаш. Окей? Скорее всего, это мой единственный ребенок.
– Ну почему же? – усмехнулась Альбина.
– А что, ты после всего этого, – Савва дернул плечом, – захочешь еще мне родить?
– Я? Нет. Но ты можешь обратиться к Нике.
– С ней все закончилось. Не делай вид, будто не понимаешь этого.
Стиснув челюсти, Альбина поправила одеяло. Свела брови вместе, уставившись в окно… Ее реакция была совершенно невыразительной, но при этом такой, сука, говорящей, что у Саввы сердце подскочило к гландам.
– Она немножко ревнивая, – буркнул Аркаша.
– Не надо обо мне говорить так, будто меня здесь нет! – возмутилась Альбина Ринатовна.