Это мучительное пламя полностью

– Боишься собак? – Когда он промолчал, Спаситель продолжил. – Не стыдись этого. Я ведь тоже их боюсь. И не стыжусь. Кстати, – вытянув свою ладонь вперед, он внезапно улыбнулся, – я – Пол. Буду рад с тобой подружиться.

Он не знал, что именно, но в этой искренней и совершенно беззаботной улыбке что-то было. Что-то, чего он никогда не замечал у других мальчишек; что-то, что заставило его поверить абсолютно чужому человеку; довериться ему; принять его.

– Дарен, – протягивая руку, отвел он, не сомневаясь, что только что обрел настоящего друга.

– Дарен…

– Ах ты подонок!!! – Эмоции взяли верх и, не сумев взять себя в руки – хотя в этой ситуации его вряд ли бы кто-то осудил – он бросился на своего врага, словно дикий зверь: готовясь порвать обидчика на куски. – Это был ты!!! Всё время был ты!!! – Он схватил Грега за воротник больничного халата и, воспользовавшись его растерянностью, припер к стене. – Я убью тебя, слышишь?! Собственными руками убью!! – Дарен занес правый кулак, обрушивая его своему противнику точно в челюсть.

Он не успел насладиться своим триумфом, потому что чьи-то крепкие руки, схватив, оттащили его от ошалевшего, но уже обозлившегося Мартина.

– Отпустите меня!

– Сэр! Вам придется выйти! Или мы вызовем полицию! – Двое охранников держали его по обе стороны, и этого едва ли было достаточно для того, чтобы дикий волк внутри него образумился.

– Где она?! – Продолжал орать Дарен, не оставляя попыток вырваться. – Куда ты её забрал?!

Грег коснулся разбитой губы, из которой теперь сочилась ярко красная кровь, а затем не спеша, сжав зубы, поднял взгляд.

– Ты безумен.

– Да, – с озверевшими от страха и гнева глазами, прорычал Дарен, – я безумен настолько, что готов прямо сейчас свернуть тебе шею. И, если ты сделал ей больно… если из-за тебя она пострадала хотя бы на толику, клянусь… ты умрешь прежде, чем успеешь что-то понять.

– Проспись. – Сдержанно посоветовал ему Грег, в этот момент, видя перед собой чокнутого психа, не отдыхавшего несколько суток. Да, он был психом. Долбаным психом. Но будь он проклят, если сейчас, наконец, поймав ублюдка, позволит ему так просто уйти.

– Где она?

– Сэр, – настоятельно рекомендовал один из охранников, – покиньте помещение больницы.

– Куда ты её увез?! – Не слушал Дарен. – Говори!!

– Сэр!

– Сколько ты выпил? – Грег заглянул ему в глаза с отвращением и яростью. – В кого превратился?

– Отвечай, где она, – сквозь зубы процедил он, – отвечай, черт подери!!!

– Там, где ты больше не сможешь причинить ей боль! – Неожиданно закричал Грег, сделав к нему резкий шаг. – И где она будет как можно дальше от тебя!

– Долбанный ублюдок…

– Смирись, Бейкер! – Теперь злость завладела и Грегом. – Стань, наконец, мужчиной и найди в себе силы оставить её в покое!

– Я не оставлю её, слышишь? – Дарен вырывался из хватки с такой силой, что охранникам едва удавалось его сдерживать. – Я больше никогда её не оставлю!

– Теперь это зависит не только от тебя, – такой холодный и ровный тон заставил его на мгновение замереть, но гнев никуда не делся; он стал лишь больше, лишь сильнее.

– Если ты что-то с ней сделал… – завертел он головой, до муки стискивая зубы, – если причинил боль…

– Боль ей причиняешь только ты, – с омерзением выплюнул Грег, – а я пытаюсь защитить.

– Так ты её защищаешь?! А?? – Заорал Дарен. – Подвергая опасности?! Если у тебя есть какие-то счеты со мной, то разбирайся!! Давай же!! Я готов играть в твои чертовы игры хоть всю жизнь!! Можешь пытать и мучить меня, забрать отцовскую компанию и взорвать все вертолеты, которые только откопаешь, но не смей – слышишь?! – не смей втягивать во всё это её!!

Грег немного помолчал, а затем, понизив голос, осторожно качнул головой.

– Я не играю с тобой ни в какие игры. Мне не нужна твоя компания, пойми, не нужна…

– Просто ты хочешь видеть, как я страдаю. – Поня Дарен, усмехнувшись где-то на уровне подсознания. – Чтобы уничтожить своего врага, забери то, что ему дорого. Верно? Поэтому ты решил отнять у меня Её?

– Я никогда не считал тебя своим врагом. Ни разу за все эти годы.

– Годы… те годы, в которые ты был так близко. Мне бы и в голову не пришло, что человек, всегда готовый прийти на помощь; врач, так много раз спасавший жизнь моей сестре; друг… которому мы позволили войти в наш дом, в самый неожиданный момент безжалостно вонзит мне в спину нож. Всей моей семье.

Грег молча смотрел в его горящие бешенством глаза, а затем тихо произнес: