Из двух машин, на которых они сюда добрались, на ходу оказался только пикап. Оставшиеся в живых боевики уходили в спешке, полоснув автоматной очередью по стоявшим автомобилям. Больше всего досталось внедорожнику, который в большей степени прикрыл собой старый пикап, тем самым сохранив его колеса целыми, а несколькими угодившими в корпус пулями вполне можно было пренебречь. Водительское место занял Боцман, на переднее пассажирское сиденье без долгих разговоров усадили Карину, а в кузов пикапа аккуратно уложили тело погибшего Славы. Всем остальным предстояло пройти пешком пару километров до нужного места, что вызвало среди бывших заложников робкий ропот, но на предложение преодолеть это расстояние в кузове пикапа желающих так и не нашлось. Темнело в Йемене очень быстро и резко, поэтому Глеб поторапливал бывших заложников двигаться на предельно возможной скорости.
К счастью вертолет успел прилететь за ними еще до темноты, поэтому недолго кружил над местностью в поисках людей. На этот раз в темно-зеленой махине с двумя винтами, прибывшей для их эвакуации, Глеб признал американский «Чинук». Из двери в правой передней части выскочили двое военных, которых Глеб поприветствовал в должной форме на английском языке. Для более быстрой загрузки им открыли откидную хвостовую аппарель, но, глядя на десяток поднимающихся внутрь вертолета людей, один из американцев с удивлением спросил у Глеба:
- Is that all?
Глебу пришлось объяснить, что большая часть заложников была успешно эвакуирована собственными силами, просто их оказалось слишком много, поэтому потребовался дополнительный транспорт. Американцы выглядели разочарованными, и Глеб с удовлетворением отметил про себя, что они не владеют полной информацией о ходе операции.
Карина вместе со всеми поднялась в полутемную просторную грузовую кабину, вдоль бортов которой располагались откидные сиденья. Она заняла одно из них рядом с Владом и, следуя его примеру, пристегнулась. Когда все уселись, а люк в хвосте закрыли, вертолет немного покачало на месте, и он начал взмывать вверх, после чего сразу набрал высокую скорость и понес своих пассажиров в сторону границы с Саудовской Аравией.
На военную базу они прибыли уже ночью. Вся посадочная площадка была залита ярким светом от прожекторов. Было так непривычно вновь почувствовать под ногами ровный бетон, от которого Карина за несколько дней, показавшихся ей вечностью, уже успела отвыкнуть. Их всех завели в одно из высоких палаточного вида сооружений песчаного цвета. Там их ждали восемь вооруженных солдат, один из которых вышел вперед и, представившись сержантом Брауном, спросил, кто был в группе главным. К нему подошел Глеб и, представившись, кратко обрисовал ситуацию. Карина не особо прислушивалась к их разговору, только поняла, что сержант Браун потребовал на время их пребывания на базе сдать оружие, ссылаясь на какой-то внутренний устав. Быстро все про себя взвесив, Глеб отдал приказ Боцману и Митяю подчиниться, что они и сделали с превеликой неохотой.
Пока основные силы американских военных были сосредоточены на российском спецназе, к кучке потрепанных бывших заложников вальяжно направились двое. Это были рослые парни в камуфляже с короткой стрижкой и неким превосходством в глазах. Они с долей пренебрежения осматривали похищенных русских туристов, лениво обыскивая каждого по очереди. Карина вспомнила о пустых ножнах, висящих у ее бедра. Куда подевался кинжал она не знала, а спрашивать про него было как-то не досуг. Карина отстегнула ножны и протянула их солдату, когда пришел ее черед досмотра. Тот забрал ножны и удивленно присвистнул, обнаружив стоящую перед ним девушку, ведь кроме растрепанных средней длины волос она ничем не выделялась в мужской группе.
- What a lovely surprise, - протянул он в развязной манере и осклабил рот в широкой улыбке, демонстрирую крепкие зубы.
Карина предпочла сделать вид, что не понимает его, и не стала ничего отвечать. Она терпеливо ждала, пока ее чисто символически обыщут, как и остальных, после чего снова оставят в покое. Но белозубый детина считал иначе и подошел к делу с энтузиазмом. Его руки заползали по телу Карины не столько обыскивая, сколько натуральным образом ощупывая.
- Look, Steve, there's a pretty one, - обратился американец к своему товарищу, на что тот понимающе хмыкнул.
- You know, you're a lucky man, - пробасил мулат, обыскивая в это время одного из коллег Карины.
Американец стоял очень близко к Карине, не сводя с нее наглого взгляда, пока скользил ладонями по ее спине и бокам, но когда, немного наклонившись, он накрыл ими девичьи ягодицы, ее терпению пришел конец. Не успев ни о чем подумать, тело Карины тут же среагировало на это откровенное приставание, и ее колено взметнулось вверх, метя в пах лапающего ее солдата. Она тут же отскочила на шаг от согнувшегося парня и воскликнула:
- Don't you fucking touch me! Go fuck yourself!
- Fucking bitch, - сдавленно выдохнул через стиснутые зубы американец.
