— Невежливо спрашивать без разрешения, барышня, — нахмурился профессор Дендивак. — Но я всё же отвечу, потому что это очень интересный вопрос. И ответ на него: мы не знаем точно. Известные всем вам Могильники, что недалеко от Бри, согласно сведениям, добытым археологами, таят в себе тела дунэдайн, а также хоббитских тэнов. Руины, во множестве встречающиеся по всему Ширу, принадлежали ранее эльфам и людям, а разрушенные горные крепости в южных Синих горах принадлежали гномам и хоббитам. Вероятно, предыдущих обитателей ультимативно переселили, правда, оставив южные Синие горы гномам. Налицо, также, серьёзная конкуренция между гномами и хоббитами, исторические артефакты свидетельствуют как минимум о серии торговых войн, случившихся в самом начале Первой Эпохи. Всё это подстёгивало прогресс участвовавших в этом народов, который сначала замедлился, а затем практически полностью остановился в середине Второй Эпохи, с чем это связано — мы точно не знаем, но факт: мы до недавнего времени были ровно на том же техническом уровне, на котором были наши предки в семисотых годах Второй Эпохи. К счастью, начались позитивные изменения, связанные сами знаете с чем.
Лекция на этом не закончилась, профессор подробно расписал хронологию развития хоббитов, материальный быт, древние верования, которые были уничтожены эльфами, навязавшими своих реально существующих Эру Илуваттара, Валар и Айнур.
Кое что из этого молодые хоббиты знали и сами, фольклор — это очень живучая вещь, его очень сложно вытравить какими угодно репрессиями, проще уничтожить сам народ. Как показала практика, для уничтожения фольклора нужно время и подмена его на что-то новое. Уничтожить его нельзя, но можно заменить. И замена шла, причём очень успешно.
Сэмуайз Гэмджи, являющийся тэном ШНР, сам для себя открыл один неприятный факт: после раскрытия хобо-баксских архивов была проведена ревизия хоббитского фольклора, который содержал в себе много вещей, которые были наглейшим, но элегантнейшим образом искусственно внедрены в него. Запрещать ничего он не стал, наоборот, решил воспользоваться этим оружием себе на пользу. Что есть народ, как не история и фольклор, формирующие его культуру?
И первая строка в новую историю Шира будет внесена сегодня же.
— Вперёд, шагом, марш! — дал он команду полку ширских стрелков.
Их поддерживал артиллерийский батальон, на пятьдесят процентов состоящий из урук-хаев Мории, выделенных Роном Уизли.
Для общественности всё было подано как возвращение родных земель. Линдон — это часть Белерианда, который считался теперь древней вотчиной хоббитов. Это и было так, но настолько давно, что уже не имело никакого значения, кроме политического. Гораздо удобнее воевать зная, что воюешь за свою древнюю родину, дерзко отнятую наглыми захватчиками.
На границах с Линдоном скопились войска, готовые к вторжению. Кирдан, король Линдона, также стянул свои войска у границ с Широм, готовясь отразить наступление «беспокойных коротышек». Для этого они прибегли к услугам гномов Синих гор, воздвигших несколько каменных фортов на опасных направлениях.
Технический уровень эльфов Линдона был ниже даже чем у нандор, находящихся под властью Трандуила, который очень серьёзно воспринял опасность Мории и сильно сократил разрыв. По доходящим до Шира слухам, нандор совершают налёты на Гондор, откуда гонят в Лихолесье тысячи рабов, которых используют на развёрнутых по всему лесу ручных производствах.
Секрет рун, которые Сэмуайз получил от Уизли, давно уже таковым не являлся. Ими пользовались теперь все: начиная от людей, заканчивая народами Харада, куда этот секрет пришёл с авантюристами, желавшими в мгновение ока обогатиться.
Тем не менее, до Линдона рецепты укрепляющих материалы рун ещё не дошли, хотя они уже три месяца активно скупают бронзовые брони, а также незначительные количества мушкетов, производимые усердными гномами, торгующими ими направо и налево.
«Не успели», — с усмешкой подумал Сэм, едущий на боевой породе пони рядом с длинной колонной его солдат.
Линдону и Серым Гаваням скоро настанет печальный конец.
//Земли Линдона. Дворец Кирдана//
Король Кирдан сидел на троне вплетённого в растущий прямо посреди дворца мэллорн и напряжённо сжимал подлокотники, предаваясь тяжким думам.
«Нельзя было оставлять их…» — вот к какой мысли он возвращался каждый день.
Он с содроганием вспоминал те дни. Война против Моргота была ужасающей: кровь и пламя, хаос и голод, неистовствовавшая стихия, уничтожившая не меньше славных воинов, чем драконы Моргота… А ещё там были хобы и баксы…
