С Новым годом, дорогой мой Сереженька! Единственное мое желание - увидеть тебя снова здоровым, бодрым - ради этого готова переносить все... Придя в больницу 29 декабря, я застряла здесь. От сильного мороза вышла из строя отопительная система отделения, пришлось срочно переводить больных. Ночую у нашей санитарки тети Лены. Вечерами мы варим суп из сухих грибов и твоей картошки, я рассказываю ей о тебе. Я твердо верю в победу... Лечусь от малярии, вся пропиталась хинином..."

И снова вырезки из газет. Вот "В бой за Родину", январь 42-го года: "Глубокий снег. Кажется, по этому снегу, через этот лес не пройти. Но приказ краток: пробить колонный путь для обхода и внезапного удара по врагу. В лютый мороз, с валенками, полными снега, бойцы двое суток, метр за метром, прокладывали дорогу... Чтобы сделать проход в непосредственной близости от противника, группа бойцов незаметно подобралась к месту. Через несколько секунд раздался первый взрыв; понадобился еще один заряд, с запасным шнуром прибыл командир т. Назаров. В это время группа фашистов в 15 человек стала приближаться к месту работы. "Вы продолжайте свое дело, я огоньком прикрою!.." - и т. Назаров вместе с бойцом коммунистом Леоновым открыли огонь из автоматов... Немцы уже в 70-80 метрах, но Назаров и Леонов не ослабляют огня. Стойкость храбрецов заставила хваленых вояк убраться подальше. К вечеру проход для штурма был готов... Враг в панике отступает. Чтобы задержать наше наступление, он заминировал все дороги..."

А вот из "Новгородской правды", 1967 год.

"...Наступление войск Волховского фронта началось 13 января 1942 года... В ночь на 24 января части 2-й ударной армии овладели Мясным Бором и прорвали на этом направлении главную полосу обороны противника. Это был серьезный успех войск фронта, в результате которого группа армий противника "Север" вместо подготовки к штурму Ленинграда вынуждена была перейти к обороне...

Полковник запаса Д. Жеребов (Ленинград)".

Переполненный впечатлениями, Кирилл отправился тогда вечером из школы в парк Сосновка - во время войны там был прифронтовой аэродром... Теперь белки гоняются в Сосновке друг за дружкой и замирают, поднимая рыжие свечки хвостов, дятел стучит на сосне, и если прижаться ухом к стволу, то лучше слышно все, что он делает. Тихо на маленьком воинском кладбище... Кирилл представлял себя на месте бойца Леонова в избитом взрывами снегу и знал, что не подвел бы своего командира...

Хорошо это - вдыхать лесной воздух Сосновки и ощущать то, что так трудно бывает передать - какой-то долгий и плавный бег по зеленой тропе, где мелькают низко висящие листья, или шаги в вышине над городом и рекой...

Дома Кирилл снова сидел над бумагами, ставшими ему дорогими.

"9.2.42 г.

...Получил письмо от сестры - у них большое горе. В дом попала зажигательная бомба, воды не было, дом сгорел. Они успели вынести только кое-что из одежды... Ирушка, милая, если они без крова - приюти их!.."

Из ленинградских записей, февраль 1942 года:

"В городе много пустых квартир, можно зайти в любой дом, открыть двери, они не запираются и вас ни о чем не спросят. Часто молчит или чуть слышно шепчет радио...

Одиннадцатого прибавили хлеба! Рабочим теперь выдают 500 г, служащим 400, иждивенцам 300. В столовых появились дрожжевой суп и блюда из дуранды (каша, лепешки) без вырезки талонов из карточек..."

"6.3.42 г.

Перейти на страницу:

Похожие книги