Я тихонько сглотнула, ожидая реакции, которая, конечно же, последовала без заминок.
– Ты бросаешь меня?
Его натянутый, немного по-детски обиженный голос, да и вся нелепость ситуации внезапно рассмешили меня.
– Бросаю? – не выдержав, я рассмеялась. Но это был безрадостный, нервный смех. – Оливер, я бросила тебя, когда перед лицом Господа Бога или Элвиса, что в принципе одно и то же, – попыталась пошутить я, – сказала «да» другому мужчине. Я уехала с ним в другой город. Я живу в его квартире. Боже, Оливер, я сплю с ним.
И мне это нравится, – мысленно добавила я.
В трубке не было ничего слышно, кроме дыхания Оливера.
– Я звонила родителям, они должны были распорядиться отменить торжество, – ощутив, как подступают слёзы, я закрыла глаза. – Ты дорог мне. Я люблю тебя, Оливер, но не в той мере, какой нужно. Прости. И отпусти меня, пожалуйста.
Несколько слезинок всё же вырвались из–под моего контроля. Отвернувшись в сторону, я практически уткнулась лицом в крону декоративного деревца в кадке, желая скрыться от посторонних глаз.
– Шеннон, я приеду и заберу тебя.
Бедный упёртый Оливер. Он всегда не пропускал мимо ушей самое главное.
– Не надо, Оливер. Кто-то из нас должен быть решительным. Если ты не можешь, то придётся мне. И это, конечно, не телефонный разговор, но, к сожалению, я не могу сейчас встретиться с тобой и поговорить. Прости... мне... мне пора, – не дожидаясь его ответа, я нажала на отбой.
Ещё чуть–чуть и случилась бы катастрофа. Поднеся руку к глазам, я зажмурилась и пальцами нажала на веки, приказывая слезам уйти и не показываться.
Этот разговор был тяжёлым, но одновременно с тем, он был словно взрыв из прошлого. Ведь последние несколько дней я жила другой жизнью другой женщины. И, кажется, уже начала забывать, кто я есть на самом деле.
Серая скучная Шеннон, примерная дочь благонадёжных родителей, прилежная девушка с комплексом отличницы. Спокойная, предсказуемая, скромная. Кто я? Таких миллионы по всей стране. И во всём мире.
Скромность украшает, - любила говорить моя мама.
Ага, когда больше украшать уже нечему, - тихонько добавляла Клэр.
И сейчас я была в какой-то мере согласна с ней.
Если бы не мои безумные подруги-авантюристки, я бы сейчас шла под венец по расписанию. Но правильно ли это – планировать свою жизнь с оглядкой на других?
Я глубоко вздохнула и смахнула слёзы.
Как я объясню своё состояние Джастину, когда тот вернётся? Должна ли я рассказать, что звонила Оливеру?
Не успела я до конца проанализировать телефонный разговор, когда на мои плечи легла уже знакомая мне рука. Тепло ладони моментально согрело меня, а стоило Джастину обвить мои плечи и притянуть к своей груди, как я, каким–то неведомым образом, успокоилась.
– Что случилось? Тебя кто–то обидел?
– Бог... умом, – невнятно пробормотала я, уткнувшись ему в грудь.
– Не будь столь самокритична, – я слышала его тихий смех, пальцы нежно перебирали мои волосы. – Если ты заскучала без меня – это не повод для слёз.
– Ох, я не заскучала без тебя. Ты слишком самонадеян! – возмутилась я, но Джастин снова рассмеялся и прижался губами к моим волосам. – Я звонила Оливеру.
Ощутив, как застыло его тело, каким напряжённым и натянутым он стал всего лишь за какую–то долю секунды после моих слов, я моментально пожалела, что завела об этом разговор. По крайней мере, сейчас. Посреди торгового центра.
Наконец, Джастин заговорил.
– Ты уезжаешь?
Странно, я совсем не ожидала от него подобного вопроса. Я отрицательно покачала головой, и он моментально расслабился.
– Много ты наговорил ему тогда... в Вегасе?
– Вопросом на вопрос...
– Да, да, – перебила я, – знаю, невежливо.
Подняв голову, я выжидающе посмотрела на него.
– Наверное, много. Но я просто обрисовал ситуацию, сказал...
– Что я не захочу с ним говорить? Сказал, что я не готова решать?
– А ты была готова?
– Я бы осталась с ним, – честно призналась я. – Если бы ты меня не увёз, - но, подумав, добавила, - наверное.
– Вышла бы замуж, и он до конца дней своих тыкал бы тебе в лицо твоей изменой накануне свадьбы? Ты бы это выдержала? Хотела бы так жить?
– Не знаю, – после продолжительного молчания сказала я и опустила взгляд на свои сцепленные в замок руки. – Не хотелось бы, конечно.
– Ты бы всё равно не осталась с ним, – уверил меня Джастин. – И я подумал, почему бы ни попробовать уговорить тебя остаться со мной. Иногда решения, принятые под влиянием импульса – самые правильные. Я ведь тебе об этом рассказывал.
– И это говорит юрист? – с толикой недоверия спросила я.
– Я уже давно слишком юрист, – пожал он плечами.
– И, значит, ты решил жениться на мне просто так?
– Да.
– Сложно поверить.
Но он лишь приподнял бровь и вопросительно посмотрел на меня. Тогда я подняла руку и помахала кольцом перед его глазами. Ещё одна большая тайна для меня.
– Оно ведь предназначалось Марии?
Джастин поморщился, но всё же ответил.
– Оно предназначалось моей будущей жене.
– Которой должна была стать Мария.
Это не было вопросом.
– Если ты об утреннем инциденте, то могу лишь извиниться за неё.
