– В Аппалачах?
Кажется, Харпер не уверена. Она родом из Куинси, города к юго-востоку от Бостона. За всю свою жизнь она, наверное, еще не проехала ни метра по Аппалачской тропе.
– Там ведь нет медведей, ну правда же? Скажи мне, что там есть только белки. И бабочки.
Ашер начинает безудержно смеяться.
– Еноты?
– Они тоже. – он усмехается еще шире. – А вдобавок бурые медведи, гризли, пумы, гремучие змеи, олени, лоси и полчища комаров. Клянусь тебе, они съедят тебя ночью.
Я не могу не усмехнуться, потому что противные стаи комаров я, к сожалению, слишком хорошо помню. Ответ Харпер, однако, заставляет улыбку застыть на моих губах.
– Тогда вы должны поехать с нами.
Рука Ашера тянется к планшету и выключает радиоприемник, который тихо играл все это время.
– У меня в ушах какие-то странные звуки. Айви, ты тоже это слышишь? Нервный голос женщины, которая все еще бредит и что-то лепечет о поездке в горы.
– Я тоже слышала. – это глупо, что мое сердце делает прыжок только потому, что Ашер вовлекает меня в разговор. – Возможно, что-то не так с твоей вентиляцией.
– Ха-ха.
Харпер не унимается и поворачивается ко мне, словно ожидая от меня помощи.
– Если вы поедете, то и Сэм согласится, в этом я уверена на сто процентов.
– И кого именно ты имеешь в виду под «вы»? – хочет знать Ашер.
– Вас обоих, конечно, – невозмутимо говорит Харпер. Она качает головой, словно сокрушаясь, что Ашер такой тугодум. Ее серьги такие длинные, что маленькие бусинки, висящие на них, при этом движении касаются ее плеч. – Тебя и Айви.
– Определенно нет.
Ашер выглядит так, будто он что-то жует. Разумеется, Ашер не хочет, чтобы я поехала с ними. С другой стороны, я бы предпочла немедленно дать свое согласие Харпер.
– С меня еще Ной. И честно говоря, Ашер, ты выглядишь довольно отстойно. Тебе тоже периодически нужно брать несколько дней отпуска. Посмотри в зеркало, у тебя круги под глазами…
– Я плохо спал, ясно? – на мгновение наши взгляды пересекаются в зеркале заднего вида, затем я быстро снова смотрю на свои колени. – Вообще-то я всю ночь не смог сомкнуть глаз, – бормочет он.
Мой пульс учащается, и мне в лицо ударяет жар. Боже мой, неужели эта единственная фраза от него сейчас заставила мое сердце провалиться в пятки? И почему Ашер говорит это? Чего он ждет от меня сейчас?
– Понимаю, – шепчу я, и признание в этом стоит мне огромных усилий. – Я… тоже очень долго бодрствовала.
Когда моя тяжелая голова снова поднимается, я замечаю, что Ашер все еще наблюдает за мной в зеркало заднего вида. Хотя его лицо и выглядит очень усталым, янтарные глаза Ашера сохраняют бдительность. В конце концов он откашливается и разрывает зрительный контакт.
– В любом случае, я не собираюсь дарить Сэму на день рождения поход. Я придумал кое-что поинтереснее – первое издание книги, за которое он убил бы. Мне жаль, Харпер, но на фоне этого ты будешь выглядеть очень нелепо со своей палаткой.
– Тебе совсем не жаль. А ты тот еще сукин сын, Ашер Блейкли.
Харпер смеется и ударяет его кулаком по плечу.
– Тут я не могу не согласиться с тобой.
– Что за книга? – спрашиваю я, потому что мне это очень интересно. У Сэма дома есть книги сотен американских классиков. И вероятно, за свою жизнь он вдобавок брал в два раза больше книг из библиотеки Санборна в Дартмуте. За какую книгу Сэм мог бы убить? В голове я перебираю список литературы, который Обри должна изучить для своей учебы и который она мне когда-то показывала, но мне безнадежно ничего не приходит на ум.
Ашер медленно качает головой и одними губами произносит
Некоторое время мы молчим. У кладбища Ашер направляет машину на Саут-стрит, и я бросаю быстрый взгляд на улицу. Мне нравится, как она обустроена: зеленые палисадники, коттеджные дома и белые заборы. Дома в основном деревянные и выкрашены в светло-голубой цвет, и раньше я думала, что когда-нибудь буду жить именно в таком месте. Но вместо этого я оказалась в Нью-Йорке. Я опираюсь локтем на окно. Когда мы проезжаем мимо методистской церкви, я вспоминаю, как осенью все крыльцо всегда было украшено ярко-оранжевыми тыквами, некоторые были даже размером с автомобильные шины. Но сейчас, летом, это крыльцо пустует. Пока я размышляю, Харпер роется в бардачке центральной консоли и вытаскивает две маленькие тетради, зажатые рядом с бутылкой с водой. Одна желтая, другая светло-голубая.
– А зачем тебе, собственно, опять к врачу? – спрашивает она, рассекая воздух тетрадями. – Разве ты не был на приеме всего три месяца назад?
– А ты ведешь учет моих походов к врачу? – спрашивает Ашер вместо ответа. Он замедляется и ищет место, где бы высадить нас, но в поле зрения нет ни одной парковки. Ашер тихо ругается.
– Твоя карта вакцинации почти полностью заполнена. В моей куча пустых страниц, при этом мне ставили все рекомендуемые прививки. Но у тебя… – она листает карту вакцинации, – на каждой странице десятки записей.
– Из-за Саймона и Феникса, – уклончиво говорит Ашер.
