– Ты боишься меня? – хриплый баритон прошибает до костей. Он вышагивает вокруг меня, сидящей на корточках, и отсчитывает удары плетью на собственной ладони.– Немного, господин, – я покорно опускаю голову.– Если ты будешь хорошей девочкой, я не сделаю тебе больно.Я киваю. Сегодня я буду его хорошей девочкой. А завтра – его плохой девочкой. Я буду его рабыней, его богиней, его лисичкой с пушистым рыжим хвостом, его случайной встречной и его давней возлюбленной. Любая роль. Любая маска. Лишь бы снова получить то, что он так хорошо делает со мной…
– Ну все, Таська, поздравляю, теперь тебе можно все: пить, курить и заниматься сексом! С совершеннолетием, подруга! Добро пожаловать в клуб! – радостно провозглашает Карина, поднимая тяжелый бокал с «Кровавой Мэри». Лиза и Вера смеются, звенят хрусталем, одобряя тост, а я улыбаюсь: восемнадцать – вот это да! Даже не верится! Впрочем, с алкоголем я позакомилась еще в шестнадцать, курить не пробовала и не планирую, а вот секс… Была парочка претендентов, но оба оказались недостаточно хороши, чтобы я раздвинула перед ними ноги и позволила прикоснуться к своему «бутону невинности»… Девственность надо хранить до брака и все такое…
Да ладно, шучу, вы что, серьезно поверили?! Ха! Ну уж нет, никаких древних установок, которые втюхивали в советское время нашим родителям. Просто, знаете ли, хочется не тупого перепихона с кем попало, а по-настоящему влюбиться… А с этим как-то не ладится класса с седьмого.
Подруг, впрочем, не особенно волнует чувственная сторона вопроса. Лиза лишилась девственности еще в семнадцать, у Веры уже третий парень за полгода, а Карине вообще двадцать два – о ее сексуальных приключениях можно начинать писать книгу! Я – единственная белая ворона в стае. И не то чтобы меня саму это сильно беспокоило, но девчонки подшучивают на тему «нетронутого бутона невинности» при каждом удобном и неудобном случае и постоянно пытаются меня с кем-нибудь познакомить. Вот и сейчас…
– Как тебе тот парень за барной стойкой? – заплетающимся от алкоголя языком шепчет Лиза, наклоняясь к самому моему уху и обжигая кожу горячим дыханием. Я невольно провожу по щеке ладонью и втягиваю носом воздух. От подруги сильно пахнет водкой. Сама я пью виски-колу и, кажется, еще не так сильно пьяна, но мысли все равно немного путаются и зависают в дымном от кальяна воздухе рваными фразами.
Я смотрю туда, куда она показывает. Мы сидим за столиком, стойка – метрах в пяти. Там сидит парень, на вид лет двадцать. Белобрысый и нескладный, он лениво потягивает пиво из большой кружки, глаза нетерпеливо бегают, ищут кого-то… Через минуту к нему подходит девушка. Парень обнимает ее за талию и целует взасос. Лиза отворачивается, картинно морщится и выдыхает с явным разочарованием:
– Вот обидка…
– Он мне все равно не понравится, – улыбаюсь я.
– А про этого что скажешь? – дергает меня с другой стороны Вера и показывает на мужчину гораздо старше, который одиноко сидит за столиком с лэптопом. Этому не меньше тридцати, наглухо застегнутая темно-синяя рубашка, легкая щетина, сосредоточенный взгляд. Кроме ноутбука, на столе большая записная книжка и стакан то ли виски, то ли коньяка.
– Что он тут забыл вообще? – искренне удивляюсь я. Бар-кальянная, два часа ночи, дымовуха, пьяный смех, громкая музыка. А он выглядит так, словно пришел на совещание совета директоров крупной компании.
– Понятия не имею, – отмахивается Вера. – Но скажи, красавчик?
– На кого засмотрелись? – встревает Карина.
– На него, на него!
– Тшшш, – шиплю я, но поздно: мужчина за столиком отрывается от работы, поднимает глаза и сосредотачивает взгляд на нашей компании. Я от стыда готова провалиться сквозь землю, а девчонки хихикают, окончательно вгоняя меня в краску.
– Он идет сюда, он идет сюда! – наперебой трещат подруги, когда мужчина и вправду встает со своего места и, засунув руки в карманы армейских штанов, без грамма смущения подходит к нашему столику.
– Доброй ночи, прекрасные барышни, – его мягкий баритон ложится поверх клубного шума, а пронзительные темные глаза впиваются в меня. Не в Карину, Лизу или Веру, – в меня!
– Простите, – начинаю я растерянно. – Мои подруги немного выпили и…
– А вы нет? – хмыкает он вдруг.
– Что? – я хмурюсь, не поспевая за его уверенными хлесткими фразами. Мужчина чуть щурится и терпеливо объясняет:
– А вы не пили? У вас тоже пьяные глаза.
– Это вас не касается, – возмущаюсь я неожиданно, но он снова перебивает:
– Я не осуждаю. У вас очень красивый, с соблазнительной поволокой взгляд. И еще очень интересная форма губ.
– Да она вся ничего такая, – встревает Лиза. Кажется, она настолько пьяна, что уже ничего не соображает. Мужчина улыбается:
– Это верно.
– И у нее сегодня день рождения! – добавляет Вера.
– Восемнадцать! – кивает Карина.
– Ах, так вот почему вам теперь можно пить, курить и заниматься сексом, – наш новый знакомый усмехается. – Простите, услышал случайно. С днем рождения! – он вытаскивает руку из кармана и, перехватив мою ладонь, подносит к губам, чтобы поцеловать. Это происходит так быстро, что я не успеваю одернуть руку, а потом только смущенно потираю то место, которого коснулись его губы. Кожа горит. Девчонки зачарованно смотрят на мужчину, а он – только на меня.
– Простите еще раз, – бормочу я растерянно.
– Ничего страшного, – мужчина улыбается и, еще раз оценив меня пронзительным взглядом, невозмутимо возвращается за свой столик.
Через несколько минут нам приносят четыре «Секса на пляже».
