После этого мы побежали: Эллен и Рыжая поддерживали еле держащегося на ногах Дос Сантоса.
Но куреты перерезали нам путь, и мы повернули к северу, по касательной к нашей цели.
— Нам не уйти, Караги, — крикнул Хасан.
— Я знаю.
— Если только мы с тобой не задержим их, пока остальные уйдут вперед.
— Идет. Где?
— У дальней ямы с угольями, где по сторонам густой лес. Это бутылочное горло. Они не смогут все разом достать нас.
— Годится! — Я повернулся к остальным. — Эй, вы слышите? Бегите к лошадям! Фил вас поведет. Мы с Хасаном задержим их, насколько сможем.
Рыжая повернула голову и начала что-то говорить.
— Не спорить! Бегом! Вам что, жить не хочется?!
Им хотелось и они побежали.
Возле ямы с угольями мы с Хасаном остановились и стали ждать.
Остальные снова свернули и побежали через лес по направлению к селению.
Толпа продолжала надвигаться на нас с Хасаном.
Первая волна накатилась на нас, и мы взялись за дело. Площадка, где мы стояли, имела треугольную форму — в этом месте тропа выходила из леса на поляну. Слева от нас была яма с тлеющими угольями, справа — довольно густой древесный подрост. Мы успели убить троих и еще скольких-то ранить; нападавшие отступили и через некоторое время стали обходить нас с флангов.
Мы встали спиной к стене и рубили всех, кто приближался.
— Если хоть у одного есть ружье, Караги, то нам конец. — Знаю.
Еще один получеловек наткнулся на мой меч. Кого-то визжащего Хасан швырнул в яму.
Теперь они навалились на нас всей кучей. Один из клинков прошел через мою защиту и ранил меня в плечо. Еще один угодил в бедро.
— Назад, придурки! Я сказал, всем отойти, уроды!
При этих словах они повиновались и отошли на безопасное расстояние.
Человек, который это произнес, был ростом примерно пять с половиной футов. Его нижняя челюсть двигалась как на шарнирах, напоминая куклу-марионетку, а зубы были похожи на костяшки домино — все в темных пятнах; вдобавок, когда он закрывал и открывал рот, раздавалось щелканье.
Я услышал, как один из нападавших назвал его Прокрустом.
— Принести сети! Взять их живыми! Не приближайтесь к ним! Они и так уже слишком дорого нам обошлись!
Рядом с ним находился Морбай, скуливший что-то вроде: — Господин мой, я не знал...
— Молчать! Ты, пивовар, готовящий разбавленное пиво! Из-за тебя мы лишились бога и множества людей!
— Будем атаковать? — спросил Хасан.
— Нет, но будь готов резать сети, когда их принесут.
— Это плохо, что они хотят взять нас живьем, — заключил он.
— Мы уже многих отправили в ад, чтобы приготовить себе путь, — сказал я, — но мы пока на ногах и при оружии. Чего еще желать?
— Если мы атакуем, то можем захватить с собой еще двоих, а то и четверых. А если будем ждать, то нас свяжут, и придется умереть без них.
— Какая разница, если все равно помирать? Давай подождем. Пока мы живы, масса возможностей может раскрыться перед нами в следующее мгновение, словно павлиний хвост.
— Будь по-твоему.
Они разыскали сети и принялись за дело. Три сети мы разрубили на куски, но четвертой они нас опутали. Сеть затянулась, и они приблизились.
Я почувствовал, как меч выдернули у меня из руки, и кто-то пнул меня.
Это был Морбай.
— Теперь вы умрете так, как мало кто умирает, — заявил он.
— Остальным удалось уйти?
— Только на время, — ответил он. — Мы их выследим, найдем и приведем обратно.
Я засмеялся.
— Ты проиграл, — сказал я. — Они уйдут.
Он снова меня пнул.
— Вот так вы соблюдаете свое правило? — спросил я. — Ведь Хасан победил Мертвеца.
— Он сжульничал. Ваша женщина бросила патрон.
Пока нас увязывали в сети, Прокруст подошел и встал рядом с ним.
— Давайте отнесем их в Долину Сна, — сказал Морбай, — и там сделаем с ними то, что хотим; а потом пусть они хранятся для будущего празднества.
— Это хорошо, — согласился Прокруст. — Да, надо сделать так.
Хасан, видимо, все это время пытался просунуть левую руку через ячейки сети: ему удалось вытянуть ее на небольшое расстояние, и его ногти прочертили борозды на ноге Прокруста.
Прокруст в ответ несколько раз ударил его ногой, а потом заодно разок и меня — для порядка; после этого он стал тереть царапины на своей икре.
— Хасан, зачем ты это сделал? — спросил я, когда Прокруст отвернулся, чтобы отдать приказ для переноски привязать нас к кольям от жаровен.
— Под ногтями у меня еще должно было остаться немного метацианида, — объяснил он.
— А как он туда попал?
— Из шариков, которые у меня на ремне, Караги. Они ведь не отобрали у меня ремень. Я покрыл ногти метацианидом после того, как сегодня наточил их.
— А, так ты в самом начале боя оцарапал Мертвеца...
— Да, Караги. Так что мое дело было просто остаться в живых до того момента, как он упадет.
— Ты прямо-таки образцовый убийца, Хасан.
— Спасибо, Караги.
Не распутывая сетей, нас привязали к кольям. По приказу Прокруста четыре человека подняли колья на плечи.
Морбай и Прокруст заняли место во главе процессии, и нас понесли через ночь.
Мы двигались по извилистой тропке, и мир вокруг нас постепенно менялся. Так всегда бывает, когда приближаешься к Горячему Пятну — будто возвращаешься вспять через геологические эры.
