Ему все-таки представлялось, что Сизов хлебнул из той фляжки, которую предложил шоферу Дешину. Если же верить Дешину, если верить, что он, приложившись к фляжке, уснул или вообще потерял сознание, то…
А вдруг Дешин врет?
Каиров позвонил по телефону начальнику гауптвахты:
– Здравствуйте, Каиров беспокоит. Доставьте в особый отдел арестованного Дешина.
С психикой у Дешина, видно, не все в порядке. Он не узнает в полковнике того сантехника, который приходил к нему в камеру чинить батарею. Едва ли он прикидывается, играет. Не до игры человеку, приговоренному к смертной казни.
Дешин весь в себе. И взгляд у него без смысла. Страх в глазах есть, а смысла нет.
– Почему вы скрыли, что отправились в рейс четырнадцатого марта в нетрезвом виде? – спросил Каиров.
– Я не скрывал, – вяло ответил Дешин. – Меня никто про это не спрашивал. Сначала в столовой. Потом уже в гараже…
– Сколько?
– Что?
– Сколько выпили в столовой?
– Известное дело… Пол-литра.
– А в гараже?
– Стакан.
– Разве вы не понимали, что совершаете преступление?
– Никак нет, гражданин следователь. Я в десять часов утра вернулся из рейса. Ночь не спал. Мне положен был отдых. А командир автороты отдых отменил, уже когда я выпил бутылку.
– Он не заметил, что вы пьяны?
– С бутылки я не пьянею, – обиженно ответил Дешин.
– Что было дальше?
– Я разозлился, но вида не показал. А решил отдохнуть. И пошел к поварихе, к женщине… Она не то чтобы мне обещала, но намеки делала. Я к ней пришел, а она меня приняла неласково, потому что к ней из села тетка приехала. И стесняла нас… Я поругался…
– Как фамилия этой женщины?
– Не спрашивал. Клавой зовут. Поварихой она в столовой на улице Энергетиков работает.
– Хорошо. Рассказывайте дальше.
– В расстроенных чувствах пришел я в гараж. И на полбутылки сменял запасной баллон шоферу Витьке Орлову.
– Из фляжки, которую вам дал Сизов, много выпили?
– Не мерил. Она железная. Разве увидишь.
– Понятно… Ну а когда вы очнулись… обнаружили беду, то решили бежать?
– Решил.
– И, конечно, прихватили фляжку. Ночи холодные, в горах пригодится.
– Нет, гражданин начальник, забыл я про фляжку. Если бы вспомнил, то взял бы ее с собой. Но тогда она не попалась мне под руку.
– Куда же девалась фляжка? – спросил Каиров.
– Вам виднее…
Резко повернувшись, Чирков поднял фонарик и нанизал темноту на луч света.
Желтый круг с нечеткими, будто размытыми краями покатился по белой ракушечной стене, скользнул на пол, остановился.
– Собака, – засмеялся старшина Туманов.
Дворняга светлой масти беззлобно вертела мордой, стараясь уклониться от слепящего луча. Короткая шерсть ее была примочена каплями дождя. И капли блестели обычно, словно на улице.
– Где-то близко есть выход наружу, – сказал капитан Чирков.
– Возможно, – согласился старшина. – Ну, кабыздох, веди нас, значит, на свежий воздух.
Собака завиляла хвостом, шмыгнула носом и вновь чихнула.
– Дух здесь тяжкий, – сказал старшина Туманов. – Даже псу не по нутру пришелся.
Едва он успел произнести последние слова, как чихнул сам. Чирков тоже почувствовал резкий щекочущий запах, которого еще минуту назад не было ни в штольне, ни в зале.
Подняв фонарик, благодаря чему луч удлинился, Чирков осветил дальний край зала, куда выходили шесть туннелей. Белый дым канатом вытягивался из крайнего левого туннеля и расползался по залу, точно туман.
– Дымовая шашка, – сказал Чирков. – Без противогаза здесь делать нечего. Уходим.
Они проскользнули в горловину штольни и ускорили шаг. Собака опередила мужчин. Повизгивая и чихая, она бежала впереди. Газ расползался медленно и не преследовал их. Без приключений они добрались до отверстия близ трансформаторной будки. Первым выбрался из штольни капитан Чирков, которого подсадил старшина. Потом Чирков вытащил собаку и с помощью ремня – старшину Туманова.
Голубые проблески у горизонта затянула дымчатая пелена. Ветер вновь выколачивал из туч колючий и холодный дождь. День был хмурый, унылый.
– Старшина, – сказал Чирков, – сейчас мы с тобой разойдемся. Ты на попутной машине в рыбколхоз «Черноморский». Уточнишь, когда скрылась учительница. И скрылась ли вообще… А я возьму в гарнизоне солдат с противогазами. И мы прочешем каменоломню насквозь.
– Ясно, товарищ капитан.
Старшина вышел на середину дороги, остановил едущую навстречу машину. В кабине, кроме шофера, сидели еще двое солдат.
Туманов сказал:
– Подбросьте до рыбколхоза.
– Можно.
Старшина Туманов забрался в кузов. Он стал лицом вперед, положив руки на кабину. Капитан Чирков видел, как дождь стегал старшину, большого и широкого…
– Здравствуйте. Вы Татьяна Дорофеева?
Татьяна, не скрывая удивления, разглядывала незнакомую женщину, стоящую на пороге квартиры.
– Да. Я Татьяна Дорофеева.
– Извините меня. Мы незнакомы. Но Валерий рассказывал о вас столько хорошего.
– Валерий?
– Сизов… – Женщина говорила стеснительно и немного заискивающе. Последнее и расположило к ней Татьяну.
– Входите, – сказала Татьяна.
У женщины в руке был потертый спортивный чемоданчик.
– Я только на одну минутку, – сказала женщина. – Хотела посмотреть на вас.
– Раздевайтесь.
