— Нет, Владыка. Это ошибка! — в голосе главы появились рыдающие обертоны. Или на публику играет, или на самом деле перетрусил. Скорее, первое.
— Ошибка, говоришь? Решил страну разорить? Из-за твоей ошибки мы все голодали бы сейчас, если б этот жук навозный не подсуетился! — Владыка пнул сапогом стоящего на коленях главу Службы пахотных земель. — Имя такой ошибки — государственная измена!
— Взять изменников! — приказал глава Службы закона и порядка.
Вновь натянутые луки, вновь стражники с веревками. Две минуты — и в зале стало свободнее. Владыка хлопнул в ладоши. Вбежала черная рабыня.
— Радость моя, позови писцов. Пришло время указов.
Миу гневно фыркнула. Хвост вырвался из моей руки и захлестал по полу.
Не прошло и двух минут, как в зал вошли четыре писца, а за ними — Кррина с государственной печатью на бархатной подушечке.
Первым указом Владыка вернул старую величину налога на воду. Вторым — назначил временных ИО глав проштрафившихся департаментов. Затем Фаррам сделал вид, что задумался.
— Проще простого было бы казнить вас как изменников, — он сердито глянул вниз, на связанных глав. — Но сделаем по-другому. Вы исправите зло, которое свершили. По закону все сделки, совершенные со злым умыслом, считаются недействительными. Стороны возвращают друг другу деньги и имущество, так?
— Так, Владыка, — подтвердил глава Службы закона и порядка.
— Проследи, чтоб все сделки с землей и рабами вернулись к исходному состоянию, и эти две Службы выплатили компенсацию всем земледельцам, исходя из старой суммы налога на воду. Все сделки проводи через новый Учетный дом. Беспошлинно! Пусть в Учетном доме заведут счет на каждого земледельца, пострадавшего от этих изменников, и каждый земледелец сможет придти туда и получить назад свои деньги. Такова моя воля.
— Но это разорит оба клана, Владыка.
— Они хотели разорить страну. Если разорятся сами, это будет лишь справедливо, не так ли?
— Так, Владыка, — склонил голову глава Службы закона и порядка.
— А эти два негодяя пока поживут во Дворце. В бесплатных апартаментах с видом на небо в клеточку. Пока их родные и близкие не выплатят земледельцам все до последнего медяка. Свидания раз в неделю, — распорядился Фаррам. — Увести!
— … Что скажет наш аналитик?
— Первая часть прошла как по нотам. Более того, у нас не два заложника, а целых двадцать восемь. Если кланы осмелятся восстать, устроим показательную казнь глав кланов. У них появится повод для драки за место нового главы клана. Это еще больше их ослабит.
— Стас, сколько дней им надо для подготовки бунта?
— Скорее всего, четыре-пять. Если не уложатся в пять дней, то отложат на два-три месяца. Но тогда это будет серьезно. Соберут целую армию. Впрочем, армию трудно спрятать. Можно будет перехватить на подходе. Парочка чудес, парочка эффектных казней командиров — и армия разбежится.
— Влад, к нам делегация, — прервала Марта. Смотрю на экран. У дверей — все крестьянские девушки. С ними Багирра и, конечно, Проныра со своей подружкой. А также Пуррт с ухмылкой во всю пасть.
— Бабий бунт? — интересуется Мухтар.
— Впускай, — вздыхаю я и разворачиваю кресло к двери.
Войти девушки боятся, так и толкутся в коридоре.
— Владыка, правду говорят, что во Дворце издали указ, и мы все теперь свободные?
— Правда, все правда, — киваю я.
— Девочки, горе мое луковое, где ваши ошейники? — вклинивается Линда.
— Ты же велела снять.
— Вот именно. Вы давно свободные.
— Госпожа, нам домой надо, — захныкала толстенькая.
— Вам что, плохо здесь?
— Очень хорошо, госпожа. — Но там остались наши семьи.
— Ах, вот в чем дело… — беру слово я. — Линда, у тебя три дня, чтобы разобраться с семьями девушек. Нам как раз земледельцы нужны. Если не уложишься в три дня, берешь паузу, пока не прояснится ситуация с бунтом кланов. Задача ясна?
— Так точно! — рапортует Линда. — Эвакуировать к нам, расселить и поставить на довольствие семьи земледельцев.
И бьет себя кулаком в грудь.
— И трудоустроить. Миу, завтра помогаешь Линде. Багирру тоже возьмите. И двоих серых парней для создания авторитета.
— Слушаюсь, мой повелитель, — мурлычет моя половинка.
— Парней это не обрадует, — делает неожиданный вывод Стас.
— Это почему?
— Были девушки как девушки. Милые, приветливые. А завтра каждая привезет ТЕЩУ!!! — корчит страшную рожу Стас.
Бурление в нашем лагере продолжается до глубокой ночи. Трубовозу на резиновых колесах больше трубы не возить. Коты переделывают его в гибрид древнего автобуса с таким же древним грузовиком. Переднюю часть кузова превращают в пассажирский салон, заднюю — в грузовую платформу. Задний манипулятор трубоукладчика переделывают в подъемный кран для погрузки багажа на платформу. Передний хотели срезать на фиг, но Петр не разрешил.
