У Пуррта определенно снесло крышу. Вертится вокруг Линды, не знает, как ей угодить. Все время «мурр» да «мурр». Только и слышно: «Лин, мурр» да «мурр Лин». Надо спасать парня.
Ближе к вечеру на байках с подвешенными снизу грузовыми поддонами слетали в город. Денег у нас сейчас навалом! Легионерам перед бунтом очень неплохо заплатили. На эти деньги мы накупили продуктов, одежды и гвоздей. Оставили на завтра заказ на доски. Парни будут сколачивать новую мебель. Уже собрали бригаду из тех, кто лучше всех по дереву работает. И — не поверите — пришли ко мне за разрешением. Я зачем-то записала в планшетку список бригады и всех горячо похвалила. Потом вспомнила, что иноземцы делали в прошлый раз, когда привезли семьи девушек, и составила анкеты на всех новеньких. А под конец связалась с пирамидкой и отправила анкеты Стасу. Когда Ррушан освоит язык иноземцев, всю бумажную работу свалю на нее. Ей не привыкать.
Вечером устроили танцы, а потом смотрели веселое кино. Все ходят довольные. Жизнь возвращается в привычное русло.
Узнаю, кто первый назвал Линду МуррЛин — в оба уха колокольчики вставлю! Теперь уже что-то делать поздно. Прилипло прочно и навсегда.
— А что, Пуррту можно, а нам нельзя? — смеются парни.
Что думает по этому поводу Линда — не понять. Она расхаживает ногу, нога болит, поэтому морщится и прикусывает губу.
А папе Паола разрешила сидеть в тени пальм. Но вставать и ходить запретила. Специальное кресло под папой умеет летать почти как байк. Только медленно и всего в четверти шага над землей.
Щинарр на меня очень обиделся. Он остался с Ррушан в оазисе чтоб Ррушан от Владыки спрятать, а оказалось — вот он, Владыка. И Ррушан сразу ему в ноги кинулась. Но я взяла Щинарра за руку, подвела к папе.
— Владыка, помнишь этого ночного кролика? В день битвы в пустыне мы с ним вместе с бунтарями бились. Он сражался, а я управляла байком и прикрывала его от стрел. Нашему байку тогда обе фары стрелами выбили.
— Значит, храбро бился?
— Храбро, Владыка.
— Достоин награды!
— Вот его награда, Владыка. У нас под ногами устроилась. Он ее во Дворце у бунтарей отбил и сюда привез. Теперь думает, сразу жениться, или первенца подождать.
— Храбрец и нахал. Лучшую рабыню из Дворца увел.
— Не так, Владыка. Лучшую дворцовую рабыню от врагов спас. А сколько бунтарей к предкам отправил, я со счета сбилась. Разве это не достойно награды?
Мы с папой играем, а у бедной Ррушан шерстка от страха дыбом встает.
— А по-моему, он не такой храбрый воин, раз побоялся снять с рабыни ошейник, — улыбается в усы папа.
— Он верный сын отечества, у которого рука не поднимается снять ошейник, надетый чужой рукой. Ведь это было бы нарушением закона.
— Поможем храброму воину?
— Да будет на то воля Владыки, — я склонилась в поклоне. А когда распрямилась, подняла с колен Ррушан. Папа подтянул ее ближе к креслу, расстегнул ошейник и небрежно бросил на песок.
— Позаботься, чтоб семья храброго воина не нуждалась в деньгах на свадьбу. Такова моя воля.
— Слушаюсь, Владыка, — я опять склонилась, как требует этикет. И толкнула Щинарра. А он, балбес, подхватил Ррушан на руки и залепетал какой-то бред. Совсем не по этикету. Что Владыка будет гордиться им, что он детям будет рассказывать, как сам Владыка… Я схватила его за хвост и потащила прочь. В оазисе намечается праздник. Свадьба. А еще столько дел надо закончить до прилета хозяина…
На следующий день хозяин долго говорил с Владыкой, а потом сказал мне, что нужно привезти в оазис нескольких чиновников. Якобы, для получения инструкций от Владыки, а на самом деле, чтоб убедились, что Владыка жив и почти здоров.
Поднялась тихая паника. Где принять гостей? Как обставить прием? От легионеров остался просторный шатер. Там парни устроили склад оружия, доспехов и всего, что осталось от легионеров. Мы перетащили все это в один из контейнеров, а рулоны геотекстиля из контейнера сложили рядом. Затем раскатали один рулон темного геотекстиля от танцевальной площадки до входа в шатер. Получилась как бы ковровая дорожка. Я велела каналокопателю вернуться в оазис. Не столько из-за его грозного вида, сколько из-за киберкока, который умеет готовить блюда по рецептам дворцовой кухни. Вина с тонким вкусом тоже не помешают.
Хуже всего с мебелью. Нашей изящной нет, а человеческая чиновникам непривычна. Подушек для сиденья нет. Зато геотекстиля много. Постелили черный на пол в несколько слоев — получился как бы ковер. Столы взяли человеческие. Стас посоветовал устроить «шведский стол». Принесли большой экран, поставили у стены.
Кто же будет ухаживать за господами? Ясно, что Ррушан и я — обязательно. Нас дворцовые хорошо знают. Амарру, Татака и театральные девушки с изящными манерами по театру знакомы. Три из них танцевать умеют, танцовщицами будут.
