— Твоя тушка хочет стать тушкой без мозгов? Нет? Тогда пусть не напрягает мозги хотя бы пять дней. Или ты думаешь, я шутила, когда говорила о смертниках? Влад, ты просто не представляешь, какую страшную гадость ты ел. А я не хочу терять пациентов.
— Верю, убедила. Но в туалет-то сходить можно?
— Можно.
— А в мою комнату переселиться можно?
— Переселиться можно, работать нельзя. Любая химия противопоказана.
— Ма-а-ар, ну хоть что-то делать можно?
— Спи, отдыхай.
Приподнимаю одеяло и убеждаюсь, что на мне ничего нет.
— Миу, принеси, пожалуйста, мой халат.
— Слушаюсь! — выскакивает из-под одеяла в чем мать родила и — хвост трубой — уносится за дверь. — Хозяин проснулся! — ликующий вопль на весь коридор. Не проходит и четверти минуты, как возвращается с самым роскошным халатом — сплошная парча и золотое шитье.
— Спасибо, родная! — облачаюсь и спешу в комнату уединенных размышлений. Выглядит Марта неважно. Не буду нарываться, подыграю ей.
База просыпается. (Еще бы — после такого вопля!) Оживленным табуном набиваемся в столовую. Голод зверский — словно неделю не ел. И, кажется, много пропустил. Народ увлечен театром и спекуляциями на ювелирном рынке. Шепотом выясняю у Миу детали. План сканирования библиотечных фондов одобряю. И, размахивая вилкой, вступаю в спор о сверхзадаче спектакля по Станиславскому.
— Перед вами три задачи, а не одна. Первая — свой дом защищать до последней капли крови. Вторая — захват чужих земель до добра не доведет. И третья — рыжие тоже люди. Добьетесь, чтоб рыжим перестали рубить хвосты — считайте, жили не зря!
— Шеф глубоко роет! — одобряет Линда.
— Шеф как всегда прав, — подхватывает Стас. — Учитесь, жалкие, у гигантов мысли.
— Ну, поставить задачу любой может. А как ее решить — есть идеи? — интересуется Мухтар.
— Конечно, дорогой! Разумеется, есть, — отправляю в рот кусок мяса и тщательно пережевываю, выдерживая паузу. Все взгляды — на мне. Народ даже ложками работать забыл. — У вас всего две недели. Можно за две недели написать шедевр? Нельзя! Но надо. Какой вывод? Нужно взять готовое у классиков и адаптировать под местные реалии. Читайте классиков, господа! Что, у нас мало книг про войну? «Переправа, переправа, берег левый, берег правый, снег шершавый, кромка льда. Кому память, кому слава, кому темная вода, ни приметы, ни следа».
Минута мертвой тишины. Народ переваривает. Вообще-то, я пошутил, а они всерьез…
— А что, идея шикарная, — первым подает голос Стас. — Шеф, ты крут! Только Твардовский не подойдет. Здесь снег лишь высоко в горах. А вот если на мотив «Каховки». Слушайте! Сарфа-хи уста-ло шагают по тру-пам… Миу, у вас есть кавалерия на сарфахах?
— Да, господин. Каждый сарфах несет двух бойцов. Правит тот, что спереди.
Процесс пошел. Все шумят, перебивают друг друга, перебирают революционные песни, меняя детали на местные реалии. Подмигиваю Марте.
Поет Линда во весь голос припев из «Марсельезы».
— Припев можно, остальное нельзя, — замечает Стас. — Революции нам противопоказаны.
Когда завтрак подходит к концу, Мухтар приносит три полотняных мешочка размером с большой кошель. Стас выкладывает на стол кипу прозрачных застегивающихся пакетиков.
— Итак, девочки, по пятьдесят камней в каждый мешочек, — и высыпает перед каждой груду изумрудов. Нет, стразов. Как понимаю, это бренные останки бутылок из-под шампанского. Но какая огранка! С ума сойти! Три кучки — три размера, три типа огранки. Марта выстраивает линейкой десять камней в ряд как образец, чтоб не пересчитывать каждый раз. Споро выстраивает ряды и смахивает в пакетик. Миу и Линда берут с нее пример. Хотел помочь, но на меня шикнули и отогнали. Стас маркирует фломастером пакетики. Пять минут — и товар упакован. Начинаю верить в идею Линды. Выглядят камни шикарно.
Звоню Владыке, прошу доступ для Миу в архив. Пока народ собирается на выезд, переодеваюсь в белый махровый халат. Специально, чтоб произвести впечатление на Марту. В этом халате я похож на ходячего больного, пусть док порадуется.
Марта еще раз берет с меня слово, что буду паинькой, чмокает в небритую щеку. Я чмокаю в нос Миу, и вся компания отправляется вершить историю. Остаемся мы со Стасом. Первым делом перетаскиваем самый большой экран из гостевой в мою каюту. Подключаю его к своему компу и пускаю в окне какую-то древнюю комедию. Убираю звук и зацикливаю просмотр по кругу. Если неожиданно придет Марта, одно движение — и я культурно отдыхаю. Теперь можно установить видеосвязь со Стасом и продублировать на экране его пульт. Ничего серьезного, как и обещал, просто чтоб не скучно было.
— Вчера во Дворце была планерка, посвященная очистке и углублению каналов, — сообщает Стас. — Департамент оросительных каналов — это, как бы, враги Владыки. Показать интересный кадр?
