«Шеф, закрой глаза и уши. Тебе сюрприз готовят», — пришло на весь экран сообщение от Стаса.
«Предупрежден — вооружен», — отписался я ему.
— У меня не хватит денег, чтоб купить все это, — простонал ювелир.
— Хорошо. Покупай сколько сможешь, остальное я продам другим ювелирам. Но им — в полтора раза дороже, чтоб у тебя было преимущество.
— Госпожа, в твоих словах звучит благородство, но ты не понимаешь, что говоришь. Ты погубишь нас всех.
— Не хочу я никого губить! Разъясни, в чем дело, мы найдем выход.
— Госпожа, если на рынок сразу выбросить столько драгоценных камней, он рухнет. Упадут цены не только на эти камни. Упадут цены на изумруды. А с ними — на рубины, агаты, бриллианты… На все! Закроются десятки ювелирных мастерских, обеднеют сотни домов, которые хранят накопления в ювелирных изделиях. Низкородные спекулянты заполнят рынок и по дешевке начнут скупать драгоценности, чтоб продать их втридорога за границей. Воцарится хаос.
— Хаос нам не нужен! — решительно отмела Линда. — А если я продам камни в соседнем городе? В трех днях караванного пути отсюда?
— Хаос наступит на четыре дня позже. И только. Выбрасывать товар на рынок надо очень осторожно, маленькими партиями. Ювелирный рынок невелик. И он очень чуткий.
— Но я не могу ждать. Деньги мне нужны сейчас.
— Госпожа, может, я помогу решить тебе твои финансовые проблемы?
— Может… Знал бы ты, уважаемый, какую красивую затею ты сейчас погубил. Огромный театральный занавес — и весь в стразах… Чуть колышется и сверкает в лучах вечернего солнца…
— Что такое занавес, госпожа?
— Занавес — это занавеска вроде той, — Линда ткнула пальцем через плечо, — только во всю сцену Амфитеатра. Чтоб рабы могли менять декорации не отвлекая зрителей. Слушай, поклянись страшной клятвой, что все сказанное тобой — правда. Чем вы клянетесь?
— Пусть хвостом поклянется, — подсказала Марта.
— Поклясться насчет чего? — не понял ювелир.
— Ну, что мои стразы, — Линда ткнула пальцем то ли в сторону двери, то ли байка за дверью, — разорят сотни семей.
— Клянусь своим хвостом, — торжественно произнес ювелир, зажав в ладонях кончик хвоста, — что если ты выставишь на продажу свои камни разом, разорятся сотни семей.
— А сколько лет тебе надо, чтоб распродать эти камни, не нанося урону рынку? — кивнула на мешок.
— Никак не меньше трех лет. А то и пять. Ты хочешь, чтоб я распродал их от твоего имени?
— У меня идея лучше! О тех камнях забудь. Обещаю, что в ближайшие пять лет их никто не увидит. Через пять лет решим, что с ними делать. Если решу пустить их в дело — обещаю, ты узнаешь об этом первым. А эти… Мы организуем совместное дело. Я вкладываю в него камни, ты — свой труд, поиск клиентов, заботы о сбыте и прочие затраты. Прибыль делим… Ну, скажем, пополам. Нет, поскольку с тебя еще оправы, две пятых мне, три пятых тебе. А сейчас ты решаешь мои финансовые проблемы — в счет будущей прибыли. Ну как?
— Велики ли эти проблемы?
— Скоро в Амфитеатре будет представлен «День победы». Я должна снять и оплатить ложу для своего римма. Это раз. Потом у меня будут немалые расходы на эту мистерию. И, наконец, я хочу купить всех рабов и рабынь, участвующих в представлении. Всех до одного!
— Но зачем?
— Хочу подарить своему Владыке театр.
— Зачем Владыке театр? Разве у него мало других забот?
— Ты мудр! Но зато какой шикарный подарок! Разумеется, театр ему не нужен. Он тут же спихнет его на меня. И тут я развернусь! О моем театре пойдет слава по всему побережью, вот увидишь! Тут-то и понадобятся деньги от нашего совместного дела. Естественно, из моей доли. Ну как?
— Само небо послало тебя ко мне. Твоя душа широка как океан, а таланты многогранны как этот камень! — пришел в восторг ювелир.
— Пишем договор?
— Пишем!
Я откинулся на подушку в немом восхищении. Линда целый час талантливо изображала блондинку, мастерски провела спектакль и уложила прожженного торгаша на обе лопатки. И после этого он же ей благодарен. Но зачем ей толпа рабов?
В дверь постучал Стас. Ногой.
— Дерни за веревочку, дверка и откроется, — крикнул я. Стас вошел спиной вперед, потому что в руках у него опасно покачивались два подноса, уставленных тарелками.
— Ты что, с ума сошел?
— Я твою шкурку спасаю. Марта приказала заботиться о лежачем больном. Вот и предъявишь ей фотодокумент. Лови поднос, сейчас уроню!
— Только не на меня! — выхватываю у него один поднос. Тем временем он опускает второй на тумбочку, пододвигает ногой стул и начинает есть.
— Э-э! А куда я этот поставлю?
— Твоя каюта, ты хозяин. Придумай что-нибудь.
Пока освобождаю угол письменного стола, Стас, не отрываясь от еды, хозяйничает с моим компом. На экране появляется два десятка новых окон.
— Маленький у тебя экран. Может, еще один подключим?
— А Марте что скажем? Что я сразу два кино смотрел?
— Ты же король импровизации. Придумаешь что-нибудь. Я тебя поддержу.
