Этот мой джаз полностью

После «Saxrange» мы должны были выйти на сцену без перерыва. Но уже играется последняя вещь, а Литвака всё нет. Уже перешептываемся с Маком об объявлении антракта, уже забыл о том, что не мешало хотя бы за минуту-другую пробежаться по программе и напомнить о некоторых условностях… Как вдруг запыхавшийся герой вбегает в зал и объявляет нам о своей готовности сию минуту начать играть. Паузу все равно пришлось сделать. Хорошо, что мне было о чем несколько минут рассказывать залу (с помощью обаятельной Дины Клейман, переводившей меня на иврит для непонимающих русский) воспоминания динозавра от джаза о временах «Синей птицы». Этим удалось успокоиться и усмирить желание высказать опоздавшему трубачу все, что я в это время думал о нем. Занял место за роялем в свете какого-то противного синего софита и – пошли восемь тактов вступления традиционной для наших программ «At the Sunny Side of the Street». А потом еще пяток вещей из классики, включая собственную транскрипцию вечнозеленой «Индианы» под названием «Again To Indiana» Игралось более или менее спокойно, хотя плоховато слышал ударные или мне казалось, что аккомпанемент какой-то беззубый. Эту мысль подтвердил и один из уважаемых музыкантов, знающих, что такое хорошо, а что – не очень. Надо бы послушать запись выступления и разобраться. А в целом, по моему, явных накладок не было, приятели вежливо говорили, что всё было в порядке. Но они же, как правило, вежливые люди! Впрочем, одна фраза запала. Это Кирилл Мошков, приехавший с Анной Филипьевой[27] в Иерусалим на два дня, пожав руку, сказал: «В этом отделении на сцене был только один артист». – «Кто?» – «Вы». Ничего себе рецензия! Я предпочел бы, чтобы эти слова относились ко всему ансамблю. Кратковременные встречи с главными редакторами авторитетного джазового портала и журнала прошли и вправду в теплой и дружественной обстановке. Заодно получил от Кирилла несколько журналов «Джаз. Ру», в том числе и № 7 с моей пространной статьей о джазовых кафе нашей юности, и книгу Мошкова, естественно, с дарственной надписью автора. Вообще за эти вечера познакомился с несколькими интересными людьми. С Сергеем Пронем, уже упомянутым, с Валерием Копманом[28] из Риги, известным джазовым продюсером и корреспондентом ставшего родным минского «Джаз-квадрата», с рижскими музыкантами очень высокого уровня и т. д. (Естественно, наиболее тесные отношения завязались по окончании последнего концерта фестиваля, за дружеским столом и около него.)

Квинтет «Синяя птица» – Михаил Кулль, Дмитрий Шурин, Валерий Липец, Геннадий Литвак, Евгений Майстровский. Фото Г.Хатина

После нас выступило «Кельмер-трио» – скрипка, бас и фортепиано. Все ребята чрезвычайно грамотные, им, впускникам музыкальной академии, профессионализма не занимать. Конечно, можно было придираться к отдельным моментам, особенно во фразировке, скрипача Авнера Кельмера. Но в целом впечатление хорошее, особенно понравился пианист Шай Маоз. Такое впечатление, что умеет всё, но очень сдержанный, даже скуповатый, и с очень хорошим вкусом. А потом – потом на сцену вышли звезды со всех концов земли. «Наших» представлял Роберт Анчиполовский, Латвию (Ригу) – тенорист и флейтист Денис Пашкевич, Россию – Пронь, Разин и Иванушкин, Германию – Клаус Кугель. И началось. Хороший джем на темы знаменитых стандартов в стиле, приближающемся к авангардному джазу. Достаточно сказать, что самым традиционным и умеренным был Роберт. Разин и Иванушкин выделывали аппетитные кренделя, в этом им помогал Кугель, бывший явно слабее при уходе от привычных ему фриджазовых композиций. Несомненным лидером, как и в ансамбле с Ганелиным, был Пронь, которому, видно, эта роль привычна и приятна. Он использует несколько инструментов – трубы, корнет и флюгельгорн, и на каждом находит свой особый язык. А с этой точки зрения – настоящий музыкальный полиглот. Ребята хорошо завелись и завели зал. На этом подъеме концертный день (вечер) 30 ноября и завершился. Люди выходили из зала в прохладный поздний иерусалимский вечер, и я уверен, что большинство продолжало явно ощущать внутреннюю пульсацию в ритме последней композиции.

Михаил Кулль. 2008.Фото Г.Хатина.