- Лень переодеваться, - Индеец оглядел свой замасленный комбинезон. - Дресс-код не тот...
- Да ладно..., - Димон махнул рукой. - Там работяги столуются, сольёшься с массой.
***
Лада Шереметьева родилась в Реутове, в год развала Союза. Городок подобрался к Москве вплотную, с восточной стороны, уперевшись в большое кольцо. Никак не глушь, но и не центр. Все девяностые малышка просидела дома, не выходя за пределы шестого микрорайона: рисовала, читала, вышивала, танцевала. Отца не знала, мать, вечно занятая, пропадала на работе - служащая.
Лада... Создатель одарил её умением любить: в тонких руках расцветала палка, воткнутая в землю, а все усатые - хвостатые норовили занять местечко поближе к её ногам. От матери же по наследству досталось немного: безупречная фигурка, фамилия с вензелями и глаза. Большие, пронзительные глаза.
Школа пронеслась незаметно, Лада поступила учиться на филолога. Мать, к тому времени, улетела в штаты - «замуж за рубеж». Самостоятельная жизнь в однокомнатной квартирке и работа учителем русского языка (после окончания ВУЗа Лада служила в школе) не добавила ни близких, ни друзей. Нет, конечно же случайные любовники были, но такими отношениями Шереметьева тяготилась - проще завести, чем вывести. Не было бы счастья, да несчастье помогло - овдовевшая мать перетащила загрустившую Ладушку в Сан-Франциско. Каждой mother грезится о чуде, о непреложности блага в географическом раю. Вот она, синяя птица! Казалось бы, рукой подать... Но, как бы не так. Лада перепробовала всё. По настоянию матери прослушала курс «Вперёд, к успеху!» и даже сходила замуж.
Мимо. В итоге, мамаша выбросила белый флаг, окружив себя тремя котами. А дочурка отправилась на поиски работы.
Посудомойка в пролетарском общепите - лучшее предложение для русского филолога. Немудрено, английский же - так себе... Ощущая себя мухой, застывшей в янтаре, она точно знала, что уже никто и никогда.... До того самого дня.
- Лада, бросай всё! Срочно переодевайся, официанток не хватает! - управляющий отчаянно жестикулировал. - Для начала, отнеси заказ на восьмой столик. Полчаса ждёт.
В тот самый момент, когда до восьмого столика оставалось не больше десяти футов, правый каблук предательски подвернулся и тяжёлый разнос полетел на пол.
***
Лубянку лихорадило. Февраль двадцать второго года - неспокойный месяц, большая жатва.
- Женя, ты же неглупый парень, сам всё понимаешь, - Телух сосредоточенно жал на компьютерную мышь. - Именно сейчас мы не можем себе этого позволить. Даже проверенный актив и тот... Обживает берлоги. Смутные времена...
- Но Ильиных - особый случай. Агент с большим потенциалом...
- Который украл деньги мексиканской мафии и спровоцировал большую охоту на себя. Где его ищут?
- Везде.
- Вот... Сейчас не до второго фронта. Тем более, что «чернорукие» не наша тема.
- Так может вытащить его оттуда?
- Нет. Сам заварил эту кашу - сам пусть и расхлёбывает. Выживет - вырастет в цене, как вино далёкого года. Ну, а не выживет - то и не было никогда Игната.
«Онегин» молчал, опустив глаза в пол.
- Мы - государевы люди, - Телух говорил сухо, прожёвывая каждое слово. - И не можем позволить себе ничего лишнего, как в том фильме: ни любви, ни тоски, ни жалости.
***
Осколки брызгами разлетелись по кафельному полу.
«Ну вот, поел...»
- Лада! - завопил управляющий.
- I’m so sorry! - роняя слёзы, хрупкая девчонка опустилась на колено и стала собирать фарфоровые «бритвы» голыми пальцами.
- Лада!!!
«Ведь уволит же, гандон...»
- Сэр! - Индеец поднял руку, театрально улыбаясь. - Сэр! Я получил вдвое больше, чем заплатил!
- Как это понять? - управляющий брезгливо хмурил кустистые брови.
- Сэр! Я русский! Зашёл сюда перекусить перед подписанием важного контракта, - Игнат соскользнул со стула вниз, отведя руку официантки от «побоища». - Сэр! В нашей традиции посуда бьётся только к счастью. Сложно придумать лучший знак перед сегодняшней встречей. Сэр! Никто не может упрекнуть меня в том, что я не плачу за услугу. Я заплачу вдвое! Компенсирую неудобства, стану вашим постоянным клиентом и даже дам официантке на чай - пусть почаще приносит удачу. Вот только осколки должен собрать я и никто другой!
- Я не против, - управляющий растерянно пожал плечами. - Мы все живём традициями.
- Спасибо..., - waitress прошептала русское слово, не решаясь поднять на Индейца глаза.
- Даже так?! Русская?
- Да...
- Как в масть легло.
- Что, простите?
- Всё в порядке. Улыбаемся и машем.
Они замерли одновременно, словно бы сговорившись, и долго-долго смотрели друг другу в глаза.
- Игнат.
- Лада.
***
Мексиканский февраль... Старик любовался огнём. Тягучее пламя струилось по дубовому полену, точно горячая патока. Часы на каминной полке пробили полдень, когда в гостиную ворвался Антонио настолько неожиданно, что хефей рефлекторно схватился за рукоять зигзауэра.
- Папа! «Проснулся» Онофрио. Ну, тот... Твоя ищейка. Пишет, что следы стрелка нашёл в Сан-Франциско. Правда, пока ничего конкретного. Ни адреса, ни контактов, ничего.
