— Соболезную вам, но помочь ничем не могу.
— Не можете или не хотите?
— Не могу. К Лейку так не обращаются. Это он звонит вам, а не вы ему. Если ему что-то нужно, он говорит вам. Вы идете и исполняет поручение. Я не имею представления о том, как можно связаться с ним.
— А если вы обнаружили нечто такое, что ему нужно, однако он не просил вас найти это?
— Это неважно. Вот сейчас, например, я располагаю достаточно симпатичной египетской статуей, которая, насколько я знаю, ему понравится, однако не могу ничего сделать.
— А вы когда-нибудь встречались с ним?
— Однажды.
— И как?
— Достаточно приятный парень.
— Симпатичный?
— Наверно, но не в моем вкусе, если вы не против.
— А где вы встречались с ним?
— Здесь в Лондоне. Поймите, я бы помог вам, если бы имел такую возможность, однако просто не в силах это сделать. Когда он позвонит мне в следующий раз, я непременно скажу, что вы разыскиваете его. Оставьте мне номер телефона, по которому вас можно найти. Боюсь, что большего я просто не сумею сделать.
— Спасибо, — сказала я. — А вы не можете посоветовать, к кому еще можно обратиться по этому поводу?
— Увы, нет. Простите, но я не смогу помочь вашей подруге.
— И я тоже. — Он и представления не имел о том, насколько я расстроена.
После я прочесала Интернет, просмотрела все доступные мне газетные архивы и все прочее, что возникало на экране компьютера, когда я набирала имя Лейка. Материалов о нем было достаточно много.
Голые факты гласили: Лейк родился в Иоганнесбурге, Южная Африка, в 1945 году, в семье Джека, промышленника, связанного с торговлей алмазами, и Френсис О'Рейли, ирландской манекенщицы и светской львицы, более известной — если не верите, проверяйте сами — под прозвищем Фея. У Кроуфорда был старший брат Рис и младшая сестра Барбара. Следуя семейной традиции, она носила прозвание Бренди. Носили ли аналогичные имена Джек, Рис и сам Кроуфорд, история милостиво умалчивает.
Родители и Рис погибли в авиационной катастрофе, когда Кроуфорду было около двадцати пяти, а Бренди шестнадцать. Оба унаследовали по крупной сумме. Хотя Рис считался наследником семейных предприятий, Лейк проявил куда больший талант, сумев составить более крупное состояние и в итоге превратившись в миллиардера.
Бренди, с другой стороны, занялась мотанием денег. К восемнадцати годам она уже пользовалась определенной известностью в светском обществе Европы и США. Я сказала — светском обществе, — но скорей она пользовалась славой на клубной арене, где всегда появлялась с определенными опознавательными знаками. К отвороту ее жакета или к платью обыкновенно была приколота белая роза, кроме того, она не разлучалась с темными очками — даже в сумерках. В отличие от всей прочей честной компании, к которой Бренди принадлежала, ее никогда не фотографировали катающейся на горных лыжах или на борту чьей-либо яхты. Она, очевидно, принадлежала к существам ночным и предпочитала вечеринки. Мне удалось узнать о ней на удивление много. Одно время она принадлежала к тем людям, чье имя то и дело попадало в разделы светских новостей. Любимым напитком ее была мимоза, а любимым цветком — белая роза, которую она постоянно носила.
Если у ее брата и были сомнения в отношения образа жизни, который вела его сестра, он держал его при себе — ну, во всяком случае, до того, как она связалась с молодым человеком по имени Анастасиос Карагианнис, греческим плейбоем, другим именем назвать его сложно. Бренди и Тасо, как его в основном называли — не знаю, может быть, в этих кругах без прозвища не просуществуешь — появлялись на страницах газет танцующими у Регины или развлекающимися в Париже и так далее.
Недостатком Тасо в дополнение к тому, что видимых средств к существованию он не имел, была его связь с наркодельцами, а также то, что пил и притом пил чересчур много. В этот самый миг на сцене объявился Кроуфорд, и в архиве отыскался снимок, на котором, отвернув лицо от фоторепортера, некто тащил за собой Бренди из двери какого-то отеля. Подпись объявляла этого человека Кроуфордом Лейком, хотя на деле им мог оказаться буквально любой человек.
Ничего не боясь, Бренди и Тасо объявили о свое помолвке и назначили дату венчания. За два дня до сего события, которому предстояло совершиться в месте, достаточно сомнительном, одном из тех клубов, где танцовщицы выступают с обнаженной грудью, Тасо погиб в кошмарной автокатастрофе. Небольшая и очаровательная спортивная машинка, подаренная ему Бренди в качестве свадебного подарка, потеряла управление на горной дороге и пылающим комом скатилась по склону. Тщательное обследование автомобиля — точнее его останков — не выявило никаких механических дефектов, способных объяснить аварию. Однако содержание алкоголя в крови Тасо оказалось далеко превышающим всякие нормы. Медицинское заключение гласило также, что он сгорел заживо, а это жуткая смерть.
