— Каждый раз когда ты идёшь в туалет, ты там сидишь по полчаса. Нет уж, терпи. Нас с минуты на минуту должен позвать доктор Чендлер. На чём я остановился? Ах, вот! Блейк оказался бездомным. У него была студенческая виза, и работать он не мог. А идти работать нелегально за наличные ему в голову не пришло. Да и навыков у него не было. Несколько месяцев бедогала скитался по подвалам. Истощал. Я его пару раз видел на улице. Он притворялся, будто не узнавал меня.
— Пап, закругляйся со своей историей, ладно? — взмолилась Стаси. — Иначе я расплачусь и описаюсь.
— Ну потерпи ещё. Его подобрала какая-то медсестра по имени Гейл, на пару лет его старше, естественно, и уже вдова с маленьким сыном. На вид серая мышь. Ни капли чувства юмора. Видно, мужчины её вниманием не баловали. Конечно, она позарилась на карамельного красавчика. А ему деваться было некуда. Нищие не выбирают. Женился он на ней. Год спустя у них родилась дочь. Погоди, как же звали её? Не то Бианка, не то Альба, не то Фиона. Короче, имя означает «белая» в переводе с какого-то языка. С латинского или с гэльского я уже не помню. Это имя ей дала мать. Видно, она хотела, чтобы девочка считала себя белой. Гейл была та ещё расистка. Пользовалась своим горячим индусом в постели, а на людях кривила нос. Относилась к нему ещё хуже чем однокурсники. И сын её от первого брака копировал её отношение и хамил отчиму. Блейк на всё закрывал глаза. Дочь свою он по-своему любил. Наряжал её в причудливые наряды, которые тогда входили в моду, рисовал узоры хной на её пухлых ручонках, таскал её по рок-концертам и фестивалям, пока Гейл работала в госпитале по двенадцать часов в сутки. Своеобразная семейка, ничего не сказать. И вот, на одном из фестивалей, Блейк опять спутался с какой-то компанией. Движение хиппи уже вовсю набирало обороты. Эти ребята были волосатые, немытые и под кайфом. Женщины были грязнее и развязнее, чем мужчины. Блейкy опять предложили наркоту. До этого он себя держал в руках ради дочери, а тут сорвался. Его конкретно достало его семейное положение. На этот раз травкой и кислотой дело не ограничилось. Блейк ознакомился с кокаином, а потом и с героином. Разумеется, когда его жена узнала, она забрала детей и ушла. Как сексуальная игрушка он уже перестал интересовать её. Бедняга Блейк, как безработный наркоман, не мог ни на что претендовать. Денег на адвоката у него не было. И вот, он оказался опять на улице, под мостом, где Гейл и нашла его. Мой вопрос: как он оказался здесь? Если, конечно, это тот самый Блейк Четти, с которым я когда-то учился.
Стаси на протяжении всего рассказа сучила ногами. Это ей помогало облегчить тяжесть в мочевом пузыре.
— Трогательная история, — сказала она наконец. — Поучительная. Жаль, только, что пиздёж.
========== Глава 11. Крысиная нора ==========
Персональный туалет доктора Чендлера, примыкавший к его кабинету, был воистину достоин короля: мраморные плиты, неоновая подсветка, унитазное сидение из красного дерева, пучки засушенной лаванды в плетёной корзинке над раковиной. Стаси Уоррен показалось, что она попала в сказку. Ради такого туалета стоило потерпеть. Справив нужду, она вымыла руки ароматным мылом, вытерла льняным полотенцем и увлажнила кремом из баночки.
В это время её отец беседовал со светилом неврологии.
— Доктор Чендлер, Вы знаете зачем я привёл свою дочь сюда.
— Мне всё известно. Нет надобности обсуждать. Я всё сразу понял, как только Стаси переступила порог моего кабинета.
— Кстати, что она делает так долго в туалете?
— Ищет острые предметы, не иначе.
Билли Уоррен поперхнулся.
— Я Вас не совсем понял, доктор.
Чендлер снял очки и неторопливо протёр стёкла, не сводя глаз с ошарашенного посетителя.
— Мистер Уоррен, я буду прямолинеен. Ваша дочь на грани самоубийства. Это видно невооружённым глазом. Вы видели, как она дёргает головой? Это всё потому, что вокруг её шеи уже стянулась невидимая петля. Она задержалась в туалете потому, что ищет бритву или ножницы. Не беспокойтесь, я такие предметы не держу именно по вышеупомянутой причине.
Билли испуганно покосился на закрытую дверь туалета. Честно говоря, такого диагноза он не ожидал услышать.
— Я Вас ни в чём не виню, — продолжал Чендлер. — Вы поступили, как хороший отец. Слава Богу, что Вы привели свою дочь к нам вовремя. Вы попали в крайне незавидное положение, мистер Уоррен. Снимаю перед Вами шляпу за то, что Вы умудрились сохранить достоинство и здравомыслие после такого грязного развода.
— Вам известно про мой развод?
— Мистер Уоррен, у меня глаз намётан. У Вас на лбу написано, в буквальном смысле. Вон какая складка между бровей. Признак мужчины, которого ободрали как липку.
— Верно, — согласился Билли. Тревога его сменилась восхищением: — Вы всё угадали, даже не глядя на мой банковский отчёт.
