– Однажды они просто не пришли. Нет, они не пропали в прямом смысле слова, они, как бы сказать, сменили занятие. В один момент, словно по команде, и братья и все остальные отправились трудиться в корпорации. Теперь-то я понимаю, почему она так поступила. Нейм растет и ей нужны мозги, а не штучное производство безделушек. Дерево, стекло, подумаешь ерунда.
– Она всего лишь отрабатывает задачи в меняющейся среде. А вот мы по-прежнему стоим на краю болота, окруженные ржавыми махинами. Ант, ты же не за этим меня сюда притащил?
– Не за этим, – в голосе Анта послышались нотки радости, – Посмотри внимательно по сторонам. Ты правда ничего не видишь?
Ник повернулся и внимательно посмотрел на друга. Ант пытался скрыть эмоцию, но она вырывалась и искривила лицо довольной гримасой.
– И что я должен здесь увидеть? – осторожно поинтересовался Ник.
– Полчаса! Мы мерзнем здесь полчаса, а ты так и не увидел. Какой же я молодец!
– Ант молодец. А теперь рассказывай.
– Чего рассказывать? – от удовольствия голос Анта повысился, – Пойдем!
В следующее мгновение Ант сделал несколько решительных широких шагов назад, разогнался и прыгнул прямиком в глиняное месиво, но вопреки ожиданиям не увяз и не стал тонуть, а наоборот завис над болотом. Оказавшись в десяти шагах от Ника, Ант повернулся и движением головы позвал друга за собой. Ник стоял неподвижно. Он понимал, что путешествие не представляет опасности, но смотрел под ноги смущенно и с любопытством. Текстура казалась максимально реальной, а основа и вовсе не читалась. Ник присел на корточки, утопил руку в холодную липкую массу и свел брови.
– Ант, я не понимаю.
– Спрашивай?
– Это настоящая земля, а это настоящая глина.
– Все так. А вопрос-то в чем?
– Ну, хорошо, – Ник поднялся, наклонился вперед, протянул ногу и шагнул. Коснувшийся жижи, ботинок начал тонуть, потерявшее равновесие тело наклонилось, и потянуло за собой вторую ногу. Через секунду Ник стоял в грязи, с испачканными по щиколотку ногами.
– Текстура «Два точка ноль», – улыбаясь, прокричал Ант, – Мое изобретение, – и, видя недовольное лицо Ника, продолжил, – Там, в малом Нейме, когда я спрятал дом от посторонних глаз, мне в голову пришла прекрасная идея. Что случится, если в одну точку пространства наложить сразу несколько текстур, две, три, пять? Обычно мы видим эксклюзивную, подготовленную только для нас картинку, а тут такое!
– Ант, но я стою в настоящей грязи!
– Ах, да, братишка, как говорит День, грязь, что ни на есть настоящая. Я это сделал специально для тех, кто начнет сомневаться и совать руки.
– Для меня я понял. Так куда двигаться дальше? Вперед или назад?
– Вперед, друг мой, только вперед, – Ант взмахнул рукой, приглашая Ника за собой.
Ник с усилием вытащил ботинок из грязи, аккуратно переместил ногу вперед и снова утонул, но на этот раз еще глубже.
– Ты издеваешься? Ант, не смешно!
– Братишка, не переживай, все трудности победим. Ну, смелее.
Следующий шаг удивил. Несмотря на продолжавшееся бесконечное месиво, подошва ботинка встала на что-то твердое. Удивленный Ник снова свел брови, наклонился и потрогал поверхность, – А, вот оно как! Хитро.
– Здесь три, наложенные друг на друга, текстуры. А я все думал, распознаешь ты или нет. Теперь спокоен! Если сам Ник Вэйс остался не у дел.
– А грязь – просто преграда?
– А грязь настоящая густая и липкая преграда. Что, как не настоящее может так манить и так отталкивать!
Осенью темнело рано и быстро. Холодное, редко прорывавшееся из-за серых, плотных туч солнце, сваливалось за горизонт, уступая права морозной ночи. Прозрачный, вкусно пахнущий воздух, делал звуки ярче и четче, и наполнял колебания новыми оттенками. На обширной территории звучала шуршаще-звеняще-трещащая какофония, которая завершалась четким хлюпаньем под ногами. Несмотря на то, что замысел Анта был разгадан, и друзья шли по твердой земле, текстура продолжала усиленно отрабатывать задачу.
Через пятьдесят метров Ант остановился. Впереди из темноты выглядывали перекошенные металлические балки с висящими на них старыми воротами. Одна из створок почти лежала за земле, громко скрипела и билась о камни от малейшего дуновения ветра. От удара шли обильные вибрации, которые еще долго гуляли по развалинам. Второй створке повезло больше. Оперевшись нижним краем в глину, она висела на одной петле на вертикальном столбе, была не так изуродована, как первая, оттого молчалива.
Не оборачиваясь, но с заметным позерством в голосе Ант произнес, – Как и раньше я не дам всех ответов, но …
Да ладно! – воскликнул Ник, – Этого не может быть! Куб? Твой Куб снова здесь! Но …
– Что ты сейчас видишь?
– Ничего не вижу, в том и дело, Ант, я ничего не вижу. Неужели ты спрятал Куб за обгорелыми железками? Но постой, тогда железки тоже не настоящие!
Ант горделиво вздернул нос, – Текстура в текстуре. Все видят разруху посреди болота, видят ворота, обгоревшие доски и кирпичи. И, спрашивается, что эти двое здесь забыли!
– Ну, показывай.