Корпорация Оптикум мало чем отличалась от остальных корпораций. Площадь, бетонная дорога, ведущая к проходным, длинные узкие коридоры, турникеты и огромные цеха, наполненные операторами со шлемами на головах. Вокруг цехов управления располагались зоны с комнатами приема пищи, отдыха и занятия спортом. Утомленный или проголодавшийся работник отключался от системы, снимал шлем и направлялся в одну из зон. В Оптикум, как и в других корпорациях, существовала строгая система допусков. Зеленая зона приветствовала всех, в нее входили цеха управления и контроля, а также места общего пользования. Желтая и красная зоны для владельцев зеленых пропусков оставались загадками.
Практическая необходимость в изучении анатомии производственной площадки отсутствовала. Покорные работники довольствовались доступными зонами и не претендовали на большее. Они проводили почти все время в шлемах, а, услышав сигнал об окончании рабочего дня, спешили поскорее покинуть территорию. Наблюдая поведение внушительной людской массы, становилось понятно, чем эта самая масса жила. Во главе стояло выполнение поставленной задачи, и параллельно удовлетворение естественных потребностей. Любопытство, если таковое и проявлялось, не входило в обязательный перечень, эффективно гасилось, а порыв перенаправлялся на выполнение новых и новых задач.
Цех номер восемь управлял роботами, собиравшими мелкую бытовую технику. Работа казалась простой, ибо приборы состояли всего из нескольких элементов: корпус, миниатюрный блок и несложные органы управления. Конструктор собирался без особых проблем и имел самый низкий уровень брака. Иван снимал шлем, крепко зажмуривался, активно моргал, а когда глаза привыкали к естественному свету, отправлялся в комнату отдыха. К отделу бытовой техники относились комнаты с восемнадцатой по сорок вторую, и представляли собой небольшие помещения, с креслом или диваном, проектором и акустической системой.
Иван прерывал работу, пересекал цех, стеклянные двери помещений приема пищи и оказывался в тихом блоке отдыха. За блоком отдыха коридор делал резкий поворот и довольно скоро заканчивался глухой дверью с желтым уровнем допуска. Каждый раз, когда кто-либо проходил через эту дверь, в комнату Ивана проникало обволакивающее тепло. К сожалению наблюдателя, заветная дверь открывалась редко и не имела строгого расписания. Это всегда случилось внезапно.
Иван привычно шел по цеху и рассматривал тени оконных проемов на бетонном полу. В полдень они образовывали ровную череду светлых и темных полос. Темная полоса обдавала холодом, оттого не казалась привлекательной, другое дело светлая полоса. В ней светились частички пыли, мельтешили посторонние неяркие тени, в ней жило тепло.
Бесконечные блоки сотен людей со шлемами на головах, сменялись новыми блоками, а ближе к заветному коридору воздух наполнился манящими запахами еды, и звуками столовых приборов, стучащих по посуде. Когда навстречу Ивану вышел взъерошенный человек с крупным металлическим чемоданом в руках, он только и успел, что удивленно поднять брови. Поняв, что другого шанса не будет, Иван сделал вид, что отвлекся на очередное светлое пятно под ногами и врезался в юношу. На вид уму было не больше двадцати лет, испуганный и часто дышащий, он уронил чемодан и отскочил. Издав глухой хлопок, чемодан ударился о пол, а юноша замахал руками, но в считанных сантиметрах от падения был пойман Иваном.
– Прошу прощения, какой я невнимательный, – Иван поставил молодого человека вертикально и принялся отряхнуть от не случившегося падения.
Подпрыгнув, юноша не сказал ни слова, схватил чемодан и мелкими, но частыми шагами удалился. Провожая бедолагу взглядом, Иван ехидно улыбнулся, и исчез в темноте коридора. Молодой хранитель так переживал за чемодан, что совсем не заметил, как лишился важного аксессуара. Держа в руке заветный пропуск, Иван понимал, что пропажа обнаружится быстро, оттого сильно ускорился. Подбежав к секретной двери, он прислонил пропуск, система контроля дважды моргнула и дверь приоткрылась. За дверью Ивана ожидали кромешная темнота, тепло, и лишь тусклые полосы на полу указывали путь. Выставив перед собой руки, семенящими шагами, Иван преодолел коридор и уперся в следующую дверь, открыв которую, в лицо ударил невероятно яркий и обжигающий луч света. Разобрать что-либо в свете подобной силы было невозможно. Иван крепко зажмурился и закрыл лицо руками, а когда глаза немного успокоились, вновь открыл. Все, что успел разглядеть гость, перед тем, как вновь ослепнуть, так это, находившиеся справа сзади большие стекла.