— Погоди, Пчёлка! — перебил сестру юноша-Леопард. — Дай — я скажу. А то ты как начнёшь трещать — не остановишь! Видишь, от твоей болтовни у Клика опухли не только уши, но и глаза! А он так до сих пор ничего и не понял! Конечно! Из твоей тарабарщины ничего не поймёт даже здоровый человек, а уж больной… к которому душа только-только вернулась из обители бога-дракона Рарха…
Угомонив Мару, Урс обстоятельно рассказал Клику о приключениях, выпавших на их долю. Рассказал не спеша, часто прерывая свою речь, чтобы напоить друга молоком с мёдом. Юноша-Копьё слушал с огромным интересом, собираясь в свой черёд поведать брату с сестрой о своих злоключениях. Однако, когда Урс закончил рассказ, веки Клика смежились, и обессиленный юноша заснул. Спокойным, здоровым сном.
Проснувшись, Клик обрадовался хорошему самочувствию: ни головной боли, ни звона в ушах, ни ощущения, что тебя поджаривают изнутри. Если бы не кашель и слабость, юноша поднялся бы с ложа и присоединился к Маре, хлопочущей по хозяйству. Однако, выбравшись из-под козьей шкуры и встав на ноги, он покачнулся и сел на ложе — нет! Рано! Болезнь отступила не полностью. Конечно, в случае крайней нужды, Клик мог бы сейчас позаботиться о себе, но, спрашивается, зачем, если, увидев его слабость, Мара обратилась к юноше голосом строгой мамы:
— Лежи, Клик, и не вздумай вставать без моего разрешения! А то я тебе покажу, негоднику! Ишь! В чём душа держится, а туда же! Лишь бы похвастаться своей силой! Нет, за вами мальчишками нужен глаз да глаз!
Произнеся эту тираду, девочка прыснула весёлым смехом и, взяв пчелиные соты, маленькими ловкими пальчиками стала выдавливать в плошку мёд.
— А вообще, Клик, тебе повезло. Позавчера Урс нашёл пчелиное гнездо и принёс много мёда. Ну, а когда я смешала его с молоком… правда вкуснятина?!
— Ещё какая! — согласился вновь устроившийся на ложе юноша. — В жизни не ел ничего вкуснее! Только, знаешь…, - Клику было неудобно признаваться в своей слабости, и он замялся, — я тебе совсем не могу помочь. Вот отлежусь немного…
— Ничего — не немного! Будешь лежать, сколько я тебе скажу! — войдя в образ строгой мамы, девочка почувствовала себя полновластной хозяйкой. Правда — не надолго. — Выпьешь сейчас молочка с мёдом и — бай-бай.
— Не хочу — бай-бай! Хочу — ням-ням! — Подыгрывая девочке, капризно потребовал Клик.
— Ну, погоди, вредина! Я тебе покажу, как… ой, не могу! — перебив сама себя, весело расхохоталась вышедшая из роли Мара. Затем, справившись с приступом безудержного смеха, продолжила обычным голосом: — Клик, а может, ты действительно хочешь есть? Мальчики не девочки, им мало мёда, мальчикам надо мяса. Хочешь — зажарю? Или — сварю?
С этими словами Мара подала юноше плошку с согревшимися молоком и мёдом. Выпив божественный напиток, Клик собрался отказаться от другой еды, но вдруг почувствовал, что он бы с удовольствием поел мяса. Болезнь отступила, и испостившееся тело требовало пищи. И много.
— Знаешь, Пчёлка, — сконфуженным голосом признался юноша, — я бы — того… если можно — съел бы немного мяса?
— Жареного или варёного?! — радостно спросила Мара. И сразу же спохватилась: — Ой, Кликчик, у нас же полно копчёного! На — попробуй. Перекусишь — пока будет вариться.
Взяв у девочки тонкий длинный ломоть копчёной козлятины, юноша без промедления впился зубами в мясо — надо же! Ему-то казалось, что после молока с мёдом уже ничего не захочется — ан, нет! Напротив! Кажется — съел бы сейчас слона! С бивнями, ушами и хоботом! И это — хороший признак! Через два, три дня он полностью поправится и поможет другу ловить осторожных коз! И вдвоём они наловят столько четвероногих дарительниц молока, что люди-Ящерицы навсегда забудут о голоде! Даже — в сухой сезон!
В разрывах между тучами всё чаще проглядывало голубое небо — заканчивался сезон дождей. Наступало самое благодатное время — пора произрастания, цветения и плодоношения: ни весеннего потопа, ни осенней жары, ни зимних, несущих голод, жестоких суховеев.
Шагах в семидесяти от входа в обжитую Урсом и Марой пещеру находилась пестреющая цветами лужаечка. Расположившийся в тени невысокого дерева Клик не мог надышаться пьянящим весенним воздухом — слава доброй богине Айе! Болезнь отступила! После шести дней бреда и изнурительной слабости к нему возвратились силы! Уже завтра он вместе с Урсом сможет отправиться на ловлю коз. Хотя за время его болезни другу удалось пленить двух рогатых красавиц (из них — одну дойную) и четвероногого малыша, но совместная охота пойдёт гораздо успешнее. Особенно — теперь, когда наметился спад воды и травоядные животные вот-вот начнут расселяться по обширным предгорным равнинам, где после наводнения скоро заколышется буйное разнотравье.
