Тогда ум, потрясенный увиденным безобразием, угасит в себе вожделение и бросится прочь от всякого обмана и заблуждения. Он поймет, что возлюбленный — это не что другое, как кровь, разбавленная слизью, и кожная оболочка, которая годится только на то, чтобы в ней завелись черви. Тогда ум отступит от всякого сладострастия и с помощью Божией легко сможет совладать со всяким разгоревшимся под чревом вожделением.
Брат! Древние приносили в жертву Господу тельцов, баранов и ягнят, а мы принесли Ему свое тело в Духе Святом. Не будем его марать или осквернять недозволенным, чтобы не быть преданными на смерть как святотатцы, но сохраним его святым и угодным Богу. Чтобы сохранить его святость для людей, чем ум трезвится, достаточно памяти о Боге, которая, будто солнечные лучи, освещает все человеческое сердце. А те, кому еще не по силам трезвенный помысел, для свершения этой добродетели нуждаются в примерах.
Возьмем за образец мирских художников, прославляющих Участников войны. Они рисуют на стенах и досках картины, тщательно воспроизводящие весь ход сражения. На этих картинах видно, как враги бегут, а победители их преследуют, мечут в них копья и стрелы и косят их, как зрелую пшеницу, а те жалким образом падают и с ужасом на лице расстаются с жизнью. Многие художники пишут и подвиги святых в домах молитвы, чтобы пробудить рвение в тех, кто ленив сердцем, и напомнить, что эти подвижники вышли победителями из битвы с врагами.
Так будет изображена и вся жизнь наша во всех подробностях и поднята на высоту, чтобы видели ее все небесные, земные и подземные силы в день Суда. Поэтому постараемся быть добродетельными, чтобы ничего постыдного или порочного на картину не попало.
Постыдно видеть на картине мужа, совокупляющегося нечестиво с женщиной, особенно если он монах. А если он совокупляется с мужчиной, как сказано,
Мы должны блюсти наше тело от греха, чтобы не солгать перед Творцом. Мы принесли себя в дар Господу и уже не имеем власти над своим телом. Притесняют нас, борются с нами, и мы уже не можем по своей воле распоряжаться этим даром. Молитвенник приносит в дар молитву, мы приносим дар Богу через священника в храме и уже не имеем власти взять обратно то, что принесли. Нельзя даже раскаиваться в содеянном, а если тайно забрать принесенное, это уже не будет возвращением собственности, но преступным святотатством. Так что, кто освятил себя для Бога, тот уже не имеет власти над своим телом.
Если тебя смущает вожделение, загляни в гроб и увидишь тайну нашей природы: кости перемешаны в кучу, черепа лишены оболочки, скелет обнажен. Рассмотрев это, представим себя на их месте. Где цветущая красота? Где милый румянец и прочее очарование? От таких размышлений угаснет распадение плоти.
Можно и другими помыслами смирять и побеждать страсть содействием Божиим. Враг часто досаждает монаху, разгорячая его плоть и влагая ему такие помыслы: «Доколе можно переносить тяготу и муки страсти? Исполни хоть раз свое желание, и оно тебя оставит, а покаяться еще успеешь. Да и что за дело? Один час — и с этим покончено. Бог человеколюбив и милостив, Он примет твое покаяние». Вот что должен смело ответить брат на лживые заверения врага: «О враг нашего рода, противник спасения! Ты внушаешь мне, что я долго терплю мучения. Я скажу: Господи,
Так неужели я поверю, что если единожды удовлетворю похоть, она исчезнет? И зачем ты мне обещаешь, что если я растлю свою плоть, то найду время на покаяние, а не буду осужден вместе с делающими беззаконие. Наша жизнь на земле — тень. А за час и не такой грех можно сотворить, можно взять меч и покончить с собой. Поэтому не буду тебя слушать, не хочу за час потерять вечное сокровище, которое я собирал столько лет, с такими трудами работая добродетели. И это рассеять мне за краткий миг, чтоб стать твоим пленником!
