Я выполнил его просьбу. А минут через десять, то есть, уже после того, как Сардж опустил платформу в нужную точку и опустил аппарель, снял шлем и поднял девушку на руки. Потом вынес ее наружу, аккуратно усадил на землю спиной к ограде, на пару мгновений прижал к тоненькой шее инъектор и вернулся под маскирующее поле.
— Теперь она уверена, что сбежала от Ушедших по дороге во дворец… — сообщил хозяин Приюта Охотника. — Испугалась до смерти, поэтому сначала неслась, куда глаза глядят, покуда хватало сил, а когда поняла, что потерялась, забилась в какую-то подворотню и пряталась там до утра. Весь вчерашний день шарахалась по городу в поисках родного дома. К вечеру нашла, но услышала за забором какие-то крики и снова испугалась, решив, что там буйствуют ее похитители. Присела у забора, чтобы дождаться их ухода, и прислонилась к этой ограде и не заметила, как заснула…
— Ах, вот почему вся их одежда такая измятая и пропыленная! — пробормотала Майра.
— Было бы странно, если через двое суток скитаний по городу они вернулись бы домой чистенькими и пахнущими духами! — усмехнулась Амси.
В этот момент хейзеррка открыла глаза, недоуменно огляделась по сторонам, торопливо вскочила на ноги и, подхватив юбки, понеслась в сторону знакомых ворот. Добежав до калитки, заколотила в нее кулачком. Когда дверца распахнулась, шагнула внутрь. А секунд через двадцать, переговорив со стражником, со всех ног помчалась к родному особняку…
…Чтобы вернуть родным девять обычных хейзеррок и одну Дарующую, потребовалось чуть больше полутора часов. Потом Сардж поднял МДП-шку километра на полтора и направил в сторону дома. Майра, изредка посматривавшая на один из обзорных экранов, тут же подобралась и повернулась ко мне:
— А что, остальных высаживать не будем?
Я пожал плечами:
— А зачем? Ты сказала, что семье нет ни одной чистокровной хейзеррки, и я оставил тех, которые нам подойдут.
Жена тут же подхватила игру, деловито оглядела моих «избранниц» и притворно поморщилась:
— Может, вернемся и поищем кого-нибудь посимпатичнее? А то у этой к очень большой груди прилагается живот, покрытый жуткими шрамами. У второй, кроме роскошной рыжей гривы и неплохих ножек, нет ничего интересного. А третья совсем ребе— … Так, стоп! Ты что, решил оставить себе трех Дарующих⁈
Я завалился на пол, закинул руку за голову, устало прикрыл глаза и заговорил:
— Ребенка зовут Лаудой. Она — очень сильная «тройка», которую имперцы заставили
— Представляю… — эхом отозвалась Майра, села рядом, положила мою голову к себе на бедро и запустила пальцы в волосы.
— Ту, которая с родинкой под глазом, зовут Хаути… — почувствовав, что меня отпускает, продолжил я. — Она средненькая «четверка». О том, что у нее есть Дар, никто не знает — он пробудился довольно поздно, причем, по утверждениям искинов, то ли во втором, то ли в третьем поколении, а девушке хватило ума держать эту тайну при себе. Два года назад Щит рода Баудер пытался склонить ее к близости. Хаути отказалась. Он решил взять ее силой, но неудачно — Хаути ткнула его вилкой и страшно унизила, украсив лицо
— Боевая девица! — заключила супруга и тяжело вздохнула. — Но домой ее лучше не возвращать. А что с последней?
— Последнюю зовут Ауренеей. Дар очень слабый — позволяет лишь чуть-чуть ускорить заживление небольших ран. А ее отцу требуется сильный: после неудачного падения с лошади у этого скота сохнет левая рука. Дочка помочь не смогла. Вот он и решил пробудить Дар во внучке…
После этих слов я сделал паузу, облизал пересохшие губы и криво усмехнулся:
— Будет желание узнать, как он это делал — попроси у Оддара нарезку из ее воспоминаний. Только учти, что меня хватило от силы на треть…
— Сардж, Амси! Заблокируйте доступ к этой нарезке для всех, кроме Нейла! — потребовала Майра, с большим трудом задавила в себе вспышку бешенства, вызванную моими словами, и ласково провела тыльной стороной ладони по моей щеке: — Суть поняла. С нашими девочками поговорю. Отдыхай…
Я благодарно улыбнулся, расслабился и провалился в небытие. А уже через миг почувствовал, что меня кто-то трясет, и вернулся в реальность.
— Скоро полдень. Хейзеррки в детской. Ждем только тебя… — рублеными фразами доложила жена.
Я помотал гудящей головой, чтобы побыстрее проснуться, оглядел пустой десантный отсек и мысленно вздохнул. Потом привычно подобрал оба Дара,
