— Торр изъявил свою волю. Желающие оспорить есть?
Таковых не оказалось. Во-первых, потому, что в толпе, образовавшей Круг Торра, было достаточно благородных, знающих, с какой стороны браться за меч. А во-вторых, честность и законность поединка признал сам дежурный сотник. Поэтому уже минут через десять мы, заплатив пошлину, въехали в Нижний город и неторопливо двинулись по направлению к Верхнему. Все так же в сопровождении «мстителей», пожелавших показать нам дорогу до Маллорского посольства…
…Оллар ар Веллит, посол Маллора в Торрене, встретил нас без особой радости. Тем не менее, не только выделил нам лучшие гостевые покои, но и довольно подробно рассказал о светской жизни Торр-ан-Тиля. А когда закончил, вручил стопку листов, исписанных убористым почерком, и посоветовал прочитать их как можно внимательнее. Я пробежал взглядом первый, заинтересовался, проглядел все остальные и мысленно хмыкнул — в них была вся необходимая информация о сильнейших родах Торрена и их взаимоотношениях. А так же списки сильнейших мечников этого королевства с перечислением их привычек, любителей вызывать кого-нибудь на поединок, а затем выставлять вместо себя бретеров, предполагаемых паучих[1], благородных дам, не отличающихся особой верностью мужьям, и даже сплетниц. И если информации о родах и межродовых интригах у меня, благодаря трудам Амси, хватало, то некоторые из последних подборок представляли некоторый интерес.
Призрачная хозяйка, проанализировав всю информацию, высказалась куда определеннее:
— Я бы посоветовала вам отложить отдых на потом и съездить на сегодняшний прием к ар Милнам: во-первых, считается, что у арра Лаэдора собирается самое изысканное общество в Торр-ан-Тиле, а значит, туда приедут все более-менее значимые благородные Торрена. Во-вторых, его уважают за беспристрастность суждений и за крайнюю щепетильность в вопросах чести, соответственно, в его особняке вам будет легче всего вписаться в местное общество. И, в-третьих, у него аж пять дочерей в возрасте согласия или около того. Кстати, довольно миленьких и не чурающихся Пути Меча.
— Семь и пять — двенадцать! — хихикнула младшая Дарующая, которая слушала монолог хозяйки пляжного домика, лежа в джакузи и уничтожая мороженое. — По-моему, многовато даже для двужильного Нейла!
— Вообще-то я присматривала девушек, которые могли бы заинтересовать Магнуса! Но если ты считаешь, что вас ему маловато, то я изменю критерии поиска…
Поняв, что все необходимое уже озвучено, и поэтому Амси решила немножечко погрызться с Вэйлькой, я приглушил громкость оперативного канала и повернулся к спутникам, ожидающим распоряжений:
— Значит, так! Сегодня вечером едем на прием к Милнам. Поэтому сейчас разбираемся с комнатами, затем моемся, ужинаем, приводим себя в порядок и выезжаем…
…Из посольства выехали вшестером — я, Найта со Стешей, Магнус, Фиддин и Ставор ар Лоус, один из помощников посла, знающий и Торр-ан-Тиль, и местный высший свет. Пока ехали по Верхнему городу, «привязывались к местности». В смысле, расспрашивали арра Ставора о каждом поместье, доме, лавке и интересовались, куда можно проехать по той или иной улице или переулку, Сардж делал соответствующие пометки на карте, создающейся благодаря «стараниям» дронов сопровождения, а часть семьи, оставшаяся дома, комментировала все, что мы видели. В основном, сравнивая Торр-ан-Тиль с Лайвеном. Хотя, на мой взгляд, два этих города отличались друг от друга лишь цветом волос их населения и растительностью — в парках столицы Маллора преобладали более теплолюбивые растения, а в столице Торрена таковых почти не было.
А еще в этом городе почти не было маллорцев, поэтому на нас реагировали так же, как дети на жонглеров. Или нет, не так — как группа подростков из одной слободы Нижнего города на появление на «их» улицах одинокого мальчишки из другой слободы. И хотя сходу в драку не лезли, но задирали носы, хватались за рукояти мечей и перебрасывались замечаниями, которые, в их представлении, должны были заставить нас трепетать от ужаса или почтения. Впрочем, границ приличия не переступали, поэтому мы равнодушно проезжали мимо. И с каждой минутой приближались к цели — поместью ар Милнов.
Последние метров шестьсот двигались, можно сказать, в толпе благородных, направлявшихся на тот же прием. Я разглядывал гербы на каретах и родовые цвета одежд, освежая в памяти вбитую туда информацию, а мои дамы веселились, обсуждая в общем канале местную моду, до которой еще не дошли новые веяния, и предвкушали реакцию местного общества на приготовленные нами сюрпризы.
