Для занятий физиков были созданы самые благоприятные условия. Этому факультету был предоставлен отдельный корпус* учебные аудитории и лаборатории были оснащены самыми современными приборами. После такой подготовки факультет уже мог приглашать для чтения лекций известных ученых из Москвы, Ленинграда, Томска и Новосибирска. На физическом факультете работали всего 45 преподавателей, но большинство их были уже кандидатами наук, а через четыре-пять лет некоторые из них защитили докторские диссертации. И самое главное — все свои научные исследования они проводили здесь, в аудиториях КарГУ.
Приглашенные из солидных университетов страны педагоги-физики показали себя с самой лучшей стороны. Практически они задавали тон всем преподавателям других факультетов.
Темиргали КОКЕТАЕВ, профессор. «Светлый облик лидера»:
«Мне сказали, что меня разыскивает ректор. Когда я пришел, Ебеке выразил обиду:
— У тебя есть хоть какое-то уважение к старшим? Постоянно создаешь шумиху. Прибор, который заказал для себя, нахально забираешь, по какому праву? Немедленно верни!.. — так Ебеке нажимал на меня, не давая рта раскрыть.
Ректор есть ректор, хозяин-барин, к тому же это самоуверенный Букетов — попробуй с ним поспорить…
Я уже догадался, за кого он так сильно заступается. Это был его закадычный друг с аспирантских лет — Алексей Иванович Перевертун (царство ему небесное!), мой коллега по факультету, человек, приехавший по приглашению Ебеке в Караганду. Он, пользуясь какими-то знакомствами и связями, заказал на оптико-механическом заводе в Ленинграде типовой спектрофотометр СФ-4. Я этого не знал, видимо, он хотел получить прибор тайком от меня. Но я там же заказал такую же аппаратуру для своей кафедры. Услышав, что заказанная мною аппаратура поступила на склад, оформив нужные документы, я получил ее, стал устанавливать. Узнав про это, Алексей Иванович прибежал в лабораторию… А мои сотрудники позвонили мне домой, что наш спектрофотометр забирает Перевертун. Приехал на такси, вижу, Алексей Иванович со своими людьми укладывает аппаратуру в ящик. Началась перебранка, шум и гам, чуть не дошли до рукоприкладства. Аппаратуру не отдал, коллегу выставил из кабинета…
Взяв документы со склада, на следующий день пошел к ректору. Я доказал, что мой заказ на заводе выполнили раньше, а аппаратура для Перевертуна находится в пути (прибыла через неделю). «Ебеке, в чем моя вина? В паспорте аппаратуры ведь не написано, что надо отдать ее в первую очередь Перевертуну, как старшему по возрасту», — говорю, украдкой поглядывая на него.
Ректор вызвал Алексея Ивановича.
— Почему ты меня обманул? — тут же приструнил его Ебеке. — Кокетаев аппаратуру получил первым, значит, она останется у него. Больше так не делай, ясно?!
