В первые недели после начала катастрофы блоки механической и химической очистки фильтров исправно менялись. Затем запас расходных материалов, ввиду отсутствия «химии» для их синтеза, начал стремительно падать и расположенные ближе к поверхности участки Дома стали непригодны для жизни. Задыхающиеся жители вынуждены были спускаться в нижние подуровни, под защиту внутренних переборок, страдавших от оседающей пыли меньше наружных.
Ситуация заметно ухудшилась с нарастанием похолодания. Плотный слой вулканической пыли, длительное время висевший в воздухе, ежедневно понижал температуру на поверхности планеты, пока не остановился на отметке в минус шестьдесят с чем-то градусов. Столь низкие температуры, держащиеся весьма продолжительный период, привели к стойкому промерзанию глубоких слоев земли и, соответственно, к снижению температуры внутри помещений города. Это вызвало резкий скачок потребления энергии, что, в свою очередь, отразилось на количестве подуровней, которые можно было обогревать без стойкой потери тепла. Восполняемые источники энергии не успевали накапливать требуемые объемы, и искусственный интеллект начал отключать второстепенные системы, выполняя поставленную людьми приоритетную цель: поддержание плюсовой температуры.
Единственное, что оставалось неизменным, это снабжение энергией отсека с криогенными капсулами. ИИ, зная о наличии в аппаратах живых людей, боролся за сохранность их жизни.
Хемсворт присмотрелся к строчкам сводки.
Господин Штайниц несколько раз пытался проникнуть в БМС и подавал неоднократные команды ИИ о прекращении снабжения драгоценной энергией четырех капсул с запертыми там людьми. Тщетно! Доработанная программа Сучжонского института умела стойко выставлять приоритеты. Хемсворт не удивился бы, если бы узнал, что кто-то из Совета директоров Дома специально отдал подобное распоряжение о настройках, чтобы перестраховаться на крайний случай.
Ирония судьбы заключалась в том, что в этот самый неожиданно наступивший случай именно он, Хемсворт, оказался в нужное время и в нужном месте.
Рассел свернул окно и продолжил изучать данные соседнего разворота.
Так-так… Удушье, похолодание, энергия… Вымерзание целых этажей вместе с жителями… А что было дальше?
Остатки голодных, обмороженных жителей Дома смогли каким-то образом пережить очередной ледниковый период. Тонны вулканического пепла наконец осели на вымороженной земле, солнечные лучи смогли нагреть атмосферу планеты, и температура стала стремительно расти. Но это только усугубило катастрофическую ситуацию. Оттаявшая земля несла на своей поверхности множество тел замерзших симбионтов. Трупный яд, проникающий в почву вместе с талой водой, содержал множество патогенных микроорганизмов, и вконец изношенные барьерные фильтры не вынесли новой атаки. Вспышки инфекционных заболеваний уничтожили остатки жителей Дома.
После того, как последний из них перестал дышать, прошло еще много лет. Искусственный интеллект Дома, ввиду отсутствия команд в обезлюдивших помещениях всех уровней, перестал подавать в них остатки энергии, сконцентрировавшись на обеспечении самого нижнего этажа, где мирным сном спала четверка счастливчиков. Отключение первой капсулы от источника питания произошло около ста лет назад. Хемсворт впился глазами в столбец информации.
Вот оно что! Запас энергии, не восполняемый жителями Дома, медленно, но неуклонно таял. А почему, кстати говоря, вообще появилась команда отмены накопления энергии подземным городом? Надо разобраться.
Но поиски причины так ни к чему и не привели. Единственное, что оставалось точным, это наличие соответствующей команды. Других вариантов быть не может. Видимо, кто-то из жителей перед смертью отдал ИИ соответствующие распоряжения, осознавая факт своей скорой кончины и всем своим черным сердцем желая гибели тем, кому просто чуть больше повезло. А учитывая, что, скорее всего, последними доступными крохами тепла на самых нижних уровнях пользовался Совет директоров, стоило заподозрить в попытке преднамеренного убийства все того же господина Штайница или госпожу Эйзенфольд. Это вполне в их манере.
Так, хорошо. Отключение. Но почему из четырех капсул криогенной заморозки одна осталась работать? И почему именно его капсула?
Решение нашлось быстро. Приоритет личного идентификационного чипа одного из ведущих ученых подземного города оказался выше, чем у остальных трех. Все-таки тот, кто настраивал программу криогенной безопасности, был весьма высокого положения и очень хотел выжить. Гораздо сильнее, чем все остальные.
Хемсворт отошел от стола и начал бродить по комнате.
Что теперь делать? Состояние атмосферы наверху позволяет не умереть от холода. Собственно, это и было одним из главных критериев активации системы пробуждения: приемлемые условия жизни на поверхности. Но обилие инфекционных возбудителей в воздухе не дает никакого шанса на выход.
Стоит отдать команду для запасания энергии и подзарядки экспедиционного снаряжения. А до этого момента, по-видимому, придется лечь обратно в капсулу. Ничего другого ему сейчас не остается.