– Идти дальше всё сложнее, – один из гномов, посланных Сдорфом за стену, плюхнулся на бревно и, стащив намокшие сапоги, подставил побелевшие от холода ступни к одному из разожженных костров. – Божья борода… Как же хорошо! Неподходящее время выбрал твой папаша, Раллин, чтобы отдать концы. Весна набирает силу. Талый снег, разлив рек… – гном зябко передернул плечами. – Болото поднялось. Дальше на долгое расстояние тянется низина. Наш холм – последний на день пути окрест. Болота подходят практически вплотную к основанию Стены моря. Видели и призраков. Эти твари как будто чувствуют, что мы сюда явились. Не удивлюсь, если скоро приползут прямо к нам на огонек.
– Стало быть, выхода у нас нет, – Раллин вздохнул. – Устроим сожжение тут. В конце концов, пусть это и не окрестности Дварголина, но это наша земля. И наша крепость. И пусть все, кто сейчас помогает мне, подтвердят правдивость моих слов: мы сделали все, что было в наших силах.
– Не опасно ли оставаться здесь? – стоящий рядом Второй посмотрел на изломанную стену крепости, за которой вдалеке виднелись очертания гор. – Сейчас мы намного ближе к опасности. Наступает межвременье, и нам вряд ли повезет так же, как прошлой ночью. Разумно ли…
– Ты прав во всем, – Раллин положил руку на плечо соплеменника. – Но выхода сейчас лично у меня нет. Остаться тут – значит подвергнуть себя опасности, несмотря на огонь. Есть риск столкнуться с неменами, которые хлынут сюда со склонов гор на наш запах. Да, ты прав. И, если тебе страшно, можешь идти назад к кораблям. Никто из собравшихся тут не упрекнет тебя в трусости, ибо ты сделал все, на что был способен. Можешь забрать с собой всех, кто откликнется на твой зов. А я останусь здесь и исполню свой долг перед отцом до самого конца.
– За кого ты меня принимаешь, парень? – Второй движением плеча сбросил руку Раллина. – Я гном! И, чтобы выдворить меня отсюда, одной стаи неменов будет недостаточно! – Он резко повернулся к стоящим рядом соплеменникам, привлеченным их разговором: – Ну, что? Слышали, что сказал Раллин? Хватаем топоры – и за стену! Пора сложить последний костер для папаши Каллина! И пусть меня поглотит бездна, коль это будет не самый шикарный из костров, который мне доводилось видеть!
– На каком расстоянии можно услышать вой неменов?
– Хочешь понять, будет ли слышен момент нападения на ушедший отряд? – Дарут посмотрел на сидящую рядом Анию. Та потупила взор, закусила губу. – Мне неведомы местные чудовища, их сила и размер. А рассказам гномов я не сильно доверяю. Их послушать, так каждый из рожденных мраком подземелья зверей должен быть размером с трех орков, – кинос усмехнулся. – А сами гномы – ростом с часовую башню, раз они смогли противостоять натиску ужаса Дварголина. Конечно, я несколько приукрасил, но ты понимаешь меня. Вряд ли эти самые немены размером с лошадь. Иначе как бы они могли передвигаться по коридорам, вырубленными гномами для себя? А стало быть, и звук их голоса на открытом пространстве не сможет преодолеть столь большое расстояние.
– Да, – вздохнула Ания. – Ты прав.
Дарут какое-то время молчал.
– Но ты же маг. Неужто ты не можешь при помощи своих магических сил узнать, как дела у тех, кто ушел на север?
– Не могу, – девушка покачала головой. – Мои умения с рождения настроены на целительные свойства магии. Ее разрушающие способности мне практически неведомы. Этим сильны Ретар и Тин, – Ания замешкалась. – Ну, как сильны… Сильнее меня. И умений Тина хватит на то, чтобы перекрыть даже это расстояние, дотянувшись до Ретара, но это задача весьма затратная и я не стала бы просить его об этом. Мои переживания не есть причина для подобного.
– А если бы Тин оказался в отряде, который ушел за дровами и водой, ты попросила бы Ретара? – усмехнулся Дарут, видя залившееся красным лицо девушки.
– Не говори ничего, – усмехнулась Ания. – Вернемся из похода и все с ним решим.
– Он уже предлагал тебе заключить с ним любовный союз?
– Предлагал, еще несколько лет назад, когда мы учились в школе Калантора.
– Но ты не ответила согласием, – кинос не спрашивал.