Однако, Водопьянову всё равно досталось. Серпом ему рассекли кожу на лбу, из-за чего кровь начала заливать глаза, следом он получил мощный пинок в живот, заставивший его пролететь мимо меня. Рухнув на мостовую, он с трудом поднялся на ноги и кивнул мне в знак благодарности. Что ж, благодарить было за что. Я отбросил молот в сторону и вытащил катар, которым тут же вскрыл себе вену на левой руке.
Боль разлилась до самого плеча, но это было не важно. Я выбросил руку вперёд, отправляя в полёт десяток кровавых лезвий. Со свистом они достигли цели и вгрызлись в броню четырёх отрицателей. И знаете… Кислота действовала, но не сказать, что быстро. Доспехи отрицателей задымились, в них начали появляться дыры, однако эти черти всё ещё пёрли в атаку.
— Оторва, я выбираю тебя, — улыбнулся я, призвав ружьё.
Мощный выстрел отбросил азиатов назад, ослепив меня на секунду. Однако, их доспехи сожрали львиную долю урона. Следом я призвал автомат, выданный его Императорским величеством. Высадил всю обойму. Яркие лучи ударялись о доспехи, рикошетили во все стороны, но прожечь сталь так и не смогли.
Впереди раздался крик. Это был Шереметев. Противник ловким движением скользнул ему под руку и полоснул Шереметева по лицу. Князь взревел, пошатнулся и упал, хватаясь за кровавое месиво, где ещё секунду назад был его глаз.
Справа послышался ещё один крик. Каменева окружили сразу шестеро азиатов. Несмотря на его гранитную кожу, оружие противников мелькало с такой скоростью, что броня Каменева не выдержала натиска и стала разлетаться мелким крошевом. Когда доспех покрылся трещинами, боец с обоюдоострым мечом нанёс колющий удар в солнечное сплетение.
Каменев закричал, схватился за рану в груди и упал вниз лицом, заливая площадь кровью. Я хотел рвануть ему на помощь, но было слишком поздно. Каменев вздрогнул в последний раз и застыл без движения, а его взгляд навечно остыл, устремлённый в пустоту.
Хитрый план превратился в фатальную ошибку. Нас загнали в угол и если я всё ещё мог сбежать, то вот спасти абсолютов уже бы не вышло. Проклятье! Больше всего меня бесит то, что мы с трудом прикончили семерых азиатов, и при этом сами потеряли одного абсолюта. Четверо против тринадцати? Так себе расклад, учитывая то, что мои товарищи тяжело ранены. Пожарский банально не мог подняться на ноги и просто ругался, пытаясь удержаться в сознании:
— Чёртовы ублюдки… я вас всех сожгу…!
Шереметев, прищурившись, сражался из последних сил, прикрывая своей спиной Пожарского. Странная дружба у этой парочки. То кроют друг друга матом, то защищают друг друга, не щадя себя.
— Ярик! Быстрее, мать твою! Если не успеешь жахнуть, то мы тут просто так поляжем… — заголосил Шереметев, позабыв про манеры.
Скрежетнув зубами, я выбросил новую порцию кровавых клинков, стараясь хоть в этот раз спалить этих выродков. Однако, потеря крови оказалась весьма значительной, и перед глазами поплыло. Ха-ха. И что? Это конец истории великого кашевара? Как бы не так!
Я взглянул на Даму Пик и вздрогнул. Её маска разошлась, обнажив острые ряды стальных зубов. Эта сучка хищно улыбалась, глядя на то, как нас избивают. Вот же, тварь! Если бы магия действовала на её бойцов, мы бы уже давно… Впрочем, это всё лирика. Она с наслаждением наблюдала за бойней, уверенная в своей победе.
Сжимая окровавленный катар я почувствовал, как внутри закипает ярость. Плюнув на защиту, я швырнул катар в Пиковую Даму. Нас разделяло расстояние в пятьдесят метров, и я не надеялся в неё попасть, хотя и попал. Катар свистел, вращаясь в воздухе, а когда он достиг Дамы Пик, то просто ударился о её доспех и упал к ногам владычицы стали.
— Жалкие ничтоже…!!! — начала было она, но тут же заткнулась.
Я активировал пространственный обмен и возник прямо перед носом Пиковой Дамы.
— Разрешите вас обнять? — хищно оскалившись, произнёс я и стиснул эту истеричку в своих стальных объятиях.
— Уходите, быстро! — закричал я, надеясь, что хоть кто-то из абсолютов сможет спастись.
Пиковая Дама усмехнулась, голос её зазвенел сталью и надменностью:
— Глупый мальчишка. Никто из вас никуда не уйдёт.
В следующий миг из её тела с оглушительным треском вырвались острые, смертоносные шипы. Они безжалостно пронзили меня насквозь, с влажным звуком пробили доспех, мышцы, внутренние органы, сломали кости. Болью взорвалась каждая клеточка моего тела. Я хотел вскрикнуть, вот только лёгкие эта сука тоже пронзила.
Всё что я смог, так это сдавленно засмеяться. Диким, безумным смехом, рвущимся изнутри. Пиковой Даме потребовалось жалкое мгновение, чтобы понять, что меня так развеселило. Её стальные шипы задымились, издавая странный химический запах, а после отвалились, со звоном полетев на пол.
— Что за?!. — прошипела Пиковая Дама, чувствуя, как её тело начинает разъедать кислота.
Только сейчас Пиковая Дама поняла, что кровь, вытекающая из моих ран, разъедает не только её доспехи, но и пожирает плоть. Она заорала от ярости и боли, пытаясь вырваться из моих объятий. Но я держал её с нечеловеческой силой, не позволяя даже шелохнуться. На моём лице плясала безумная ухмылка.
