— Да, жить, когда в спину дует вольный ветер, куда приятнее. Но вы не ответили на вопрос, почему город уцелел?
— Не город, а село, — поправил меня Барс. — Я же говорю. Мы заняли Ленск и обороняемся по тихой грусти. А чтобы твари не плодились рядом с нами, регулярно охотимся на них, закрываем разломы, а потом продаём всё найденное на большую землю. Вон, у нас даже лавка Шульмана открылась. Он всё и скупает, — пояснил Барсов.
— Понятно. А вы, стало быть, глава вольных разломщиков?
— Ага. Типа того, — кивнул Барс. — Бояться нам нечего. Тварей уничтожать мы обучены. Оружия предостаточно. Ближайший аристократ, который может заглянуть на огонёк, это Черчесов, но на него наседают твари, и прибудет он к нам в гости, в лучшем случае, лет через пять. С солярой порой бывают проблемы, но всё это решаемо. Мы Шульману куски тварей, он нам — рублики, патроны, соляру, выпивку и что душе угодно. Хороший мужик, хоть и еврей. — На этой фразе глава разломщиков хихикнул и покачал головой, будто вспомнил что-то забавное.
— И каков ваш план? Будете сидеть и наслаждаться жизнью до следующего расширения аномалии?
— Знаешь, ты спрашиваешь очень толковые вещи. Я даже поймал себя на мысли, что говорю не с пятилеткой, а со стариком. Но именно эти вопросы и выдают в тебе ребёнка. — Барс снисходительно посмотрел на меня и отложил трубку в сторону. — Ты ещё мал и не понимаешь, что жизнь коротка. Ты никогда не знаешь, что тебя ждёт за углом. Живёшь и видишь, как одного твоего друга сбивает грузовик, второго разрывают монстры, третий — просто вышел из дома, поскользнулся на льду и умер, ударившись виском о бордюр. Жизнь может закончиться в любой момент. Именно поэтому нужно ею наслаждаться и брать от жизни всё. Понимаешь, о чём я? — Глава вольных разломщиков улыбнулся одними уголками губ.
— Наслаждаться жизнью? — переспросил я, будто пробуя эту фразу на вкус. — Думаю, это нам подходит. Так что скажете, Роман Рафаэльевич? Нам можно остаться?
— Делайте, что хотите. Это, всё таки, поселение вольных разломщиков. Здесь каждый решает сам, как ему поступать. Только предупрежу вас заранее. Кормить вас бесплатно никто не будет. Все дома заняты, можете либо построить собственный хе-хе. Либо снимайте номер в гостинице. У нас тут цены вполне адекватные.
— А мы и не думали халявить. Руки-ноги есть. А значит, сможем себя обеспечить.
— Что ж, тогда добро пожаловать в последний оплот свободных людей. Никаких тебе аристократов, налогов и прочего. Только свобода. Живите по совести, и всё будет в порядке. Но если начнёте доставлять проблемы, придётся вышвырнуть вас отсюда. Усекли? — Барс хитро улыбнулся и указал на нас пальцем.
— А если вы начнёте доставлять проблемы нам, то мы сами уйдём, — улыбнулся я и протянул главе вольных разломщиков руку.
— Ха-ха-ха! Ты забавный малый! Уверен, что вы тут приживётесь. Хотя твоему другу не мешало бы прикусить язык. — Барс пожал мою руку, но при этом сверлил Лёху взглядом.
— Чей язык нужно прикусить? — спросил Леший, с вызовом посмотрев на Барса.
— Дерзкий засранец, — хмыкнул Роман Рафаэльевич и кивнул в сторону выхода. — Приём окончен. Топайте.
Так мы и поступили. Вышли в коридор, где нас никто не ждал. Вот она, свобода. Всем на тебя плевать. Делай, что хочешь. В рамках приличий, разумеется.
— Не нравится он мне, — сказал Леший.
— Да, ты ему тоже не понравился, — подал голос Макар и направился к лестнице.
— Странное место. Всю округу с землёй сравняли, военизированные подразделения Богданова не смогли удержать границу, а эти живут и здравствуют. Сколько тут бойцов? Человек двести? — спросил Артём.
— Меньше, — ответил я, не вдаваясь в подробности, откуда это знаю.
Учитывая мирных жителей — здесь двести человек, а именно бойцов — от силы человек сто, может, немногим больше.
— А вы заметили, что гвардейцы похожи на гвардейцев только за счёт военной формы? Поведение у них не слишком-то тянет на… — Сергей осёкся на полуслове, так как со стороны лестницы донеслись шаги.
Навстречу нам вышли два мордоворота и направились в сторону кабинета Барса. Сергей был прав. У этих бойцов не было военной выправки, многие выглядели так, будто для гвардейца двадцать-тридцать лишних килограммов — это норма. Но это далеко не так. Странное место. А ещё не понятно, чего так испугалась секретарша Барса?
Покинув здание администрации, мы утонули в обилии звуков. Мычат коровы, блеют козы, кудахчут куры, средь бела дня в одном из домов стонет женщина. Помимо этого через дорогу было местное подобие ресторана под названием «Пьяный Козёл». Рядом с ним расположился отель «Дай храпака!». Увидев такое название, я невольно улыбнулся. Здешние люди знают толк в маркетинге.
— И какой у нас план? — спросил Артём.
— Сначала решим вопрос с ночлегом, потом где-нибудь перекусим. Отдохнём пару дней, а после пойдём охотиться. Ведь мы в поселении вольных разломщиков. Сам бог велел искать и закрывать разломы, — усмехнулся я.
— Кстати, хорошо, что нас не вышвырнули, — подметил Макар. — Если разломщики сдают туши тварей в ломбард, то у нас будет шанс разжиться образцами ДНК, не вступая в бой.
