— Да вот, решил немного ускорить рождаемость животины, — улыбнулся я. — Не против?
— Как я могу быть против, если даже не понимаю, что именно вы хотите сделать? Развлекайтесь. Главное, никого не убейте. А если убьёте, значит, сегодня у нас на ужин будет жаркое. — Михалыч добродушно улыбнулся и указал мне массивной рукой в сторону загона.
— Есть тут уже беременные коровы?
— Да, вон та, пятнистая. Бурёнка.
— Что ж. Приступим, — кивнул я и перемахнул через забор.
Козы и бараны от испуга шуганулись в разные стороны, и только коровы не двинулись с места.
— Бурёнка. Иди сюда. Сейчас я из тебя сделаю мать-героиню, — проговорил я, выставив перед собой руку.
Мокрый нос ткнулся в мою ладонь, а огромные глазища блеснули на свету.
— Будет больно, — предупредил я и приказал Ут передать доминанту «Плодовитость».
В следующее мгновение произошло два события. Во-первых, корова взвыла так, что у меня заложило уши. А во-вторых, местный бык решил, что я обижаю его подругу и боднул меня в бочину, так что я пролетел пару метров и врезался спиной в забор загона.
— Му-у-у!!! — заревел бык, взрывая копытами землю.
— Вам бы лучше выбраться из загона, если не желаете на рогах покататься, — спокойно проговорил Андрей.
Весьма дельный совет. Конечно же, я мог бы с помощью магии осадить этого бычару, но какой в этом смысл? Я выпрыгнул из загона за секунду до того, как бык на всём ходу врезался в забор, заставив его ходить ходуном.
— Тихо, тихо. Твоей красавице ничего не угрожает. Сейчас придёт в себя, — попытался я успокоить быка, но тот лишь дёрнул рогами так, что едва не вышиб мне глаз. — Какой строптивый, — усмехнулся я и направился в сторону птичника.
Первым делом я нейтрализовал петуха. Яркие перья, грозные шпоры, здоровенный, падла. Схватил его за шею и передал ему доминанту плодовитости. Извините, курочки, но теперь вас будут топтать днём и ночью. А что поделать? Я люблю поутру кушать омлет. Следом я передал доминанты курицам. Увы, после этого образцы закончились.
— Михал Константиныч, со стороны кажется, что вы каким-то шаманизмом занимаетесь. Схватили птичку, заглянули ей в глаза, а потом она в конвульсиях забилась. О! Петух ожил, — воскликнул Андрей, указав пальцем в сторону ожившего зомби.
Петух распушил крылья, злобно зыркнул на меня, а после, закукарекав, набросился на кур-несушек.
— Извращенец. Дождался бы, пока я выйду из загона, — хмыкнул я, оставляя куриное семейство в покое.
Закрыв за собой загон, я подошел к Андрей и попытался погладить медвежонка, но тот тут же спрятался в расстёгнутую куртку хозяина.
— Какой стеснительный, — улыбнулся я. — Ладно, попозже снова зайду, — сказал я и направился на выход, но остановился на полпути. — Кстати. Теперь куры и петух будут вести себя весьма… — я замялся, подбирая слово. — Похотливо. Уверен, это положительно скажется на количестве снесёных яиц. И да, Бурёнка, возможно, в ближайшее время родит. Если повезёт, то сразу нескольких телят.
— Как — нескольких? Она ж сдохнет при родах! — встрепенулся Андрей.
— Не переживайте. Природа всё предусмотрела за нас, — бросил я, выходя со двора и тише добавил. — По крайней мере, я на это надеюсь.
Действительно было бы глупо убить всю живность в попытке ускорить её размножение. Но что поделать? Придётся как-то вертеться…
— Михаил Константинович, я таки вас везде ищу, — послышался голос Шульмана, и через мгновение со мной поравнялся торговец, закутавшийся в чёрный тулуп.
— Измаил Вениаминович. Рад, что и вы перебрались в Кунгур, — поприветствовал я Шульмана.
— А как иначе? Ведь я инвестировал в ваш род, тем самым купив для себя монопольное право на скупку тварей. Кстати, я выкупил у вас пятьсот двадцать четыре туши. Качество оставляет желать лучшего, но даже так, я весьма доволен. Записал на ваш счёт шестьсот тысяч вечно деревянных, как вы там говорили? Ряпчиков? — на лице торговца заиграла улыбка.
— Как-то маловато за такое количество, — нахмурился я.
— Таки это более чем щедрая оплата, учитывая то, что практически все твари нещадно изуродованы и более того, ваши люди забрали все Слёзы Мироздания. Хотите больше рублей? Принесите мне все Слёзы, — в глазах Шульмана загорелся алчный огонёк.
— Если хотите, я прямо сейчас вам полные ладони слёз нарыдаю, — усмехнулся я. — А вот жемчужинки, увы, отдать не смогу. Они мне весьма скоро пригодятся.
— Вот как? Позвольте полюбопытствовать, для чего они вам нужны? — заинтересовался Шульман и поправил очки.
— Всё довольно просто. Слёзы потребуются для создания артефактов. На первых порах это будут оборонительные артефакты, а позже, возможно, дойдём и до создания наступательных.
— Знаете что? Я весьма заинтересован. Если вы сможете продать мне немного…
— Измаил Вениаминович, не стоит бежать впереди паровоза. Сперва мы отстроим и укрепим город, а уже после поговорим с вами о возможной продаже излишков.
— С нетерпением буду ждать этого момента, — поклонился Шульман и добавил. — Кстати, строительные материалы уже доставлены.
— Да, я видел. Благодарю вас. Надеюсь, что в ближайшие месяцы мы отстроим город и сможем заняться расширением территорий.
