«Здесь я слышал ныне, как и около двадцати лет назад, как мужчины в Палестине оскорбляли своих собратьев словом „еврей“, как самым низким из всех возможных ругательств. Когда мы вспоминаем, что евреи на этой своей земле когда-то были избранным народом мира, что теперь по всей земле среди самых богатых, самых смелых, самых умных, самых красивых, лучших в музыке и песнях, в поэзии и живописи, в искусстве, науке и литературе, в образовании, филантропии, государственной мудрости, войне, торговле, и финансах, во всех сферах жизни есть евреи, мы можем вспомнить слова пророчества, которое давным-давно предсказывало нам, что имя еврея будет „притчей и поношением“ даже в собственной земле евреев». Правда, что даже в португальских колониях, где евреи относительно неизвестны, имя это неприятнее, чем в Иерусалиме, Багдаде и Дамаске, между тем как «иудеар», роль еврея в игре, означает существо, способное на любую подлость. Долго ли будут оправдываться пророчества? В прибрежных городах Марокко достаточно нескольких лет, чтобы еврей поднялся с низшего положения до равенства и даже превосходства над своим двоюродным братом-мусульманином. Еврей может вскоре сделать нееврея «притчей и поношением».
Но английский мир никогда не слышит того факта, что еврей Африки, Аравии, Курдистана, Персии и Западной Азии, в целом, остается евреем «хитрым и свирепым», каким он и был в тринадцатом и четырнадцатом веках в Европе, что он еврей «Талмуда», Шамая и рабби Шаломона Иарчи, а не Пятикнижия, Гиллеля и Гамалиэля, что он сочувствует не тем стойким старым консерваторам и рационалистам, саддукеям, ныне ушедшим навеки, не Ездре и священникам, левитам и нефинеям – людям Великой синагоги, не аскетам-ессеям, прообразам христианского монашества, но он с фарисеями, сепаратистами и пуританами своей веры, с военачальниками, фанатиками, зелотами, сикариями, меченосцами и разбойниками Иоанна Гискальского, Елеазара, сына Анании, и теми, кто учинил все гражданские ужасы нашего первого века. Какое-либо далекое или полное приключений путешествие сэра Мозеса Монтефиоре23 или других филантропов, должным образом описанное с полными и частичными комментариями в газетах Европы, открывает ленивому пониманию утонченного человека, что евреи во многих частях полуцивилизованного мира все еще являются объектом подозрения, страха и отвращения. Гонения, ограбления или погромы евреев он объясняет удовольствием грабежа, варварской нетерпимости и жестокого фанатизма грубых и кровожадных народов, которые все еще смотрят на настоящее глазами прошлого и, воспользовались возможностью насытить свою жажду наживы или совершить застарелую месть за то, что более восемнадцати столетий назад некий известный непопулярный первосвященник, на которого народ впоследствии восстал и убил его, по политическим мотивам распял нашего Господа», или потому что в 629 году24 от Р.Х. героическая еврейка из Хайбара25 отравила баранью лопатку, чтобы с помощью решающего испытания выяснить, был ли Мухаммед пророком Аллаха или просто шейхом арабских грабителей, достойным соратником лжеца Мусайлимы.