Предположим, однако, что Ислам был бы задавлен цивилизацией, подорван медленным действием окружающих его христианских сил или стал дряхлым от старости, каков был бы результат? Появились бы некоторые обновления, по сути, идентичные прежним смыслам, формально отличающиеся; произошло бы некоторое возрождение вечного принципа, Единобожия, замаскированного под новой одеждой тех внешних случайностей, которые составляют религию. Такой всегда была история мировых религий.
Во все времена,
выходя из бури,
первоначальная вера поднимает свой изменчивый образ,
воспаряет из своего погребального костра на крыльях пламени,
и парит, и сияет
иная, но все такая же.