Евреи также обладают сравнительной невосприимчивостью к различным формам болезней, являющихся бичом других рас. Легочные и золотушные жалобы среди них редки; проказа и слоновость у них почти отсутствуют; и, несмотря на нечистоту их личности и исключительную нечистоту их жилищ, они менее подвержены поражению холерой и чумой, чем уроженцы стран, которые обычно опустошаются такими эпидемиями.
Они редко страдают от обычных последствий заражения, даже если женщины настолько развратны, что честь кажется им столь же неизвестной, как и честность мужчинам.
Физиологи задаются вопросом: как объяснить это явление? Почему продолжительность жизни у евреев больше, чем у других народов Европы? Является ли это результатом их высокой организованности или послушания церемониальному закону? Исследования тех, кто сделал эти вопросы предметом своего специального изучения, дают лишь один удовлетворительный или достаточный ответ, который можно выразить в нескольких словах: огромное превосходство их жизненной силы. И все законы, приписываемые теистическому секуляризму Моисея, были созданы с одной целью, а именно, с целью закалки народа до такой степени, которую даже Спарта не достигла. Древний еврей был более чем наполовину бедуином, и, поскольку он не был всадником, его ежегодные путешествия в Иерусалим и из Иерусалима, в основном, совершались пешком. Его диета была тщательно регламентирована, и его год был чередой постов и пиршеств, как и теперь, но не в такой степени, как прежде. Результатом стало просто уничтожение всех слабых и выживание наиболее приспособленных.
Трижды в течение года, по повелению Торы (Втор. XVI, 16), а именно: (1) в Песах, или праздник опресноков, в течение первого религиозного и седьмого гражданского месяца, (2) в Пятидесятницу, или Шавуот (праздник седмиц), праздник жатвы пшеницы в третий или девятый месяц и (3) на праздник кущей, или сбора урожая в седьмой или первый месяц, древнему еврею религией было велено предстать перед Господом. Ему предстояло покинуть свой дом, который мог находиться на расстоянии ста пятидесяти миль, и отправиться в Иерусалим, где он вел походную жизнь, подобно своим сводным братьям в пустыне. Эта полукочевая жизнь сочеталась с квазиаскетическим состоянием, вызванным частотой и суровостью постов и строгостью, сопутствующей приготовлению к Субботе. Как говорят, после приготовления в пятницу вечером, некоторые религиозные люди даже в старости ничего не подносят к своим губам семь дней и ночей8. Это огорчение души, как они это называют, служит для воспитания нации равно в силе и смелости ума. Это выражение идеи жертвы собственной волей, добавим к этому варварскую и дикую природу их наказаний, среди которых побивание камнями толпой, пожалуй, наиболее классическое. И бесконечное кровопролитие в Храме, которое осуществляется как бойня мясников.
Опять же, история и традиции, вера и практика всегда ставили перед глазами еврея абсолютное и неизмеримое превосходство его собственной касты, «особого народа, царства священников, святого народа». Это возвышение объясняет обращение еврея со своими собратьями-людьми, как с чужаками, едва достойными звания человека. «Итак, народ будет жить отдельно и не будет числиться между народами» – недружественное разделение и отчуждение между людьми одинаково вредно для благополучия евреев и неевреев. Это привело к многочисленным отвратительным преступлениям, совершенным во имя религии. Какой народ, кроме евреев, мог ликовать по поводу поступка Иеффая, который «поступил с дочерью своей, как со своей собственностью», то есть сжег ее до смерти перед Господом? В то же время эта религия прививала своим членам странную человечность, неведомую всем другим народам древности, например, позволяла трусу удалиться с поля перед боем и, как ни странно, прививала самые высокие нравственные догмы. В 250 г. до н. э. Сохей, а после него фарисеи, согласно Иосифу Флавию, учили, что Богу нужно служить не ради выгоды, а из любви и благодарности, поэтому его последователь Садик запретил заглядывать в будущее, даже если Моисей пренебрегал этим со всей тщательностью. И в нынешнем веке такое умаление эгоизма было бы высшим законом.
Все эти особенности в совокупности заставляли евреев дерзать и делать многое против всех тех, кто не был их крови. Неизбежным результатом такой политики было то, что, в конце концов, они пришли к столкновению со всем, что их окружало, что они потерпели поражение в неравном бою с языческим Римом и ранним Христианством; что они потеряли место рождения своей нации и рассеялись далеко и широко по поверхности земли. И то, что случилось однажды, может случиться снова.