Эврика полностью

Вероятно, для создания общества всеобщего благополучия, если не коммунистического, то хотя бы приличного социалистического типа, нужна не только развитая экономика, опирающаяся на достаточно мощную энергетику, необходимо соответствующее духовное развитие широких масс трудящихся и нетрудящихся (рабочих, крестьян, интеллигенции, чиновников, бизнесменов, военных, пенсионеров), базирующееся на благоприятном политическом режиме, законности и высокоразвитом сознании народа. Для духовного развития масс должны быть характерны такие гуманистические качества, как всеобщее правовое равенство, политические свободы, непоколебимое миролюбие, стремление к кооперации, к равноправному товариществу, подчинение личных интересов общественным, толерантность, посильный труд на всеобщее благо, взаимное доверие между людьми. Такого духовного развития можно достигнуть только путем целенаправленного воспитания и социализации людей, которые в свою очередь можно обеспечить посредством всеобщей (тотальной) информатизации. Но здесь самое главное то, в чьих руках будут находиться средства информатизации (СМИ, Интернет, средства связи, школы, университеты и проч.) и какой идеологией они будут руководствоваться. Если это будет «мировая закулиса», олигархат, сторонники наживы ради господства над страной, миром, – ничего хорошего не получится. Обязательным условием должна быть проверенная приверженность правящих кругов (владельцев средств информатизации) упомянутым гуманистическим ценностям. – это должна быть общенародная советская власть.

Однажды я всё же залетел в кардиологию. Было это несколько лет назад.

Ненормальный образ жизни, который я вёл последние годы, резко сузившийся круг общения и беспросветное одиночество довели до депрессии. А когда начались жгучие загрудинные боли, вынужден был вызвать скорую, которая немедленно доставила меня в больницу. Так оказался я в палате интенсивной терапии (ПИТ) с подозрением на инфаркт. Меня подключили к каким-то аппаратам и начали вливать в вены неимоверное количество лекарственных жидкостей. Через сутки, когда помутившееся сознание стало понемногу проясняться, познакомился с врачом, очень милой Ириной Владимировной, и остальными обитателями палаты.

Евгений, 79 лет, лежит в ПИТе неделю с шестым по счету инфарктом. Как ему сказали, сердце его работает всего на 45 %, большая его часть не работает и состоит из рубцов соединительной ткани. В течение недели к нему никто не приходил, передач ни от кого он не получал. Хотя живет с женой и взрослой дочерью. Живет он в том же доме, что и я, во втором подъезде. До больницы я каждое утро видел его сидящим на скамейке у входа в подъезд. Знакомы мы не были. Все свои инфаркты он объясняет тем, что «всеми забыт и заброшен».

Другой больной Володя, толстый мужик лет 70. (Евгений с ним знаком по прежней работе и почему-то зовет его оскорбительным словом «бамбула», хотя говорит, что Володя был над ним начальником. Толстяк улыбается бессмысленной улыбкой юродивого, никак не реагируя на оскорбления.) Инфаркт у него второй и затяжной. Целыми днями и ночами в промежутках между капельницами он спит. Ведет растительный образ жизни. Иногда к нему приходит женщина с тяжелыми слоновыми ногами, рыхлым невыразительным лицом и гладкими волосами, выкрашенными в ярко-красный цвет. Говорят, его бывшая жена. Она приносит еду, кормит больного с ложечки, произносит несколько фраз и уходит. Этот Володя выглядит как старый, никому не нужный, бездомный пёс.

Виктор, 47 лет. Инфаркт первый. Одинокий, но недавно «подженился». К нему приходит миловидная женщина лет 40. Как «залетел» на инфаркт, Виктор не говорит, но судя по напряженному разговору с женщиной, причиной послужило сильное истощение организма в результате длительного запоя.

Четвертый пациент Виталий Тимофеевич. 74 года. Вдовец. Ему несколько раз в день звонит и по вечерам навещает его пышнотелая, розовощекая дочь. Именно дочь, когда у папы начался сердечный приступ (дело было на даче) немедленно нашла машину, быстро приехала к нему и увезла в больницу, где его сразу поместили в палату реанимации, потом перевели в ПИТ.

Пятый – я, 76‑летний пенсионер. Вдовец. Ко мне никто не приходит: мои взрослые дети, внуки и другие родственники живут далеко от Братска, далеко от меня.

Врачи – люди конкретики, они не любят философствовать; но наша Ирина Владимировна как-то во время утреннего обхода сказала: «Мужское одиночество – верный путь к инфаркту».

Мы задумались.

Инфаркт, как известно, – первый звонок оттуда, «сверху».

Мы, сердечники, – под капельницами. Лежим на своих койках тихо, вставать не рекомендуется. Но разговаривать можно. После врачебного обхода мало-помалу возникает разговор о том, что надо делать, чтобы уйти от повторного инфаркта.

Виктор, крепенький с виду, еще сравнительно молодой, с модными усиками и бородкой, решительно заявляет:

– Секс может спасти. – Сразу стало понятно, что он ходок ещё тот.

Пожилой Виталий Тимофеевич смотрит на соседа сердито.