— Не пугайся, приятель, — тихо сказал он себе.
— Повтори, мистер Уэсли? — спросила Нина.
— Всё в порядке, иду к следующей точке сбора, — ответил он.
Джейк направился к следующей цели — участку льда, слегка возвышавшемуся над остальным. Он напоминал большой прыщ с желтоватым основанием, переходящим в ржаво-красный по краям и более светлым кончиком.
— Подхожу к «фурункулу», — сказал он. — Видите это?
— Странно, — ответила Хизер, и в ее голосе послышалась улыбка. — Не вздумай его лопнуть.
Джейк обошел возвышение, изучая его. В центре под ним виднелось что-то темное и более твердое, и он присел, как раз когда подо льдом снова загорелись огни.
Он вскочил.
— Какого черта? — Он повернулся к вездеходу, который был уже в двухстах футах[41] от него. — Вы это видели? — спросил он.
— Ничего не видели, Джейк. Что ты видел? — осторожно спросила Нина.
— Эти чертовы огни подо льдом. Они снова здесь. Следят за мной. — Он застонал, тут же пожалев о сказанном.
— Ты сказал, следят за тобой? — осторожно переспросила Нина.
— Возвращайся, — сказала Хизер.
Джейк огляделся, не видя теперь ни огней, ни движения.
— Э… нет, ничего. Забудьте, что я сказал. Наверное, отражение, — произнес он.
— Мистер Уэсли, ты в порядке? — спросила Нина.
— Да, да, продолжаю сбор, — вздохнул он.
«Теперь я звучу глупо или паникую», — подумал он. «Соберись, надень взрослые штаны и сбавь обороты».
Джейк опустился на колени и снова открыл кейс для образцов. Он выбрал пару банок и взял соскобы с разных цветных участков, стараясь сохранить их структуру для анализа.
Затем он проверил центральную часть — совок не смог ее пробить. Какова бы ни была природа материала, он был тверд как камень.
— Центральное ядро твердое, — сказал он. — Не думаю, что это лед.
— Сжатие и давление могут делать лед тверже в некоторых местах, — ответила Нина.
— Может, фрагмент метеорита. Как в Антарктиде, — предположил Олли. — В ясные дни после катабатических ветров, сдувающих верхний слой снега, он усеян мелкими метеоритами, упавшими тысячи лет назад. Многие на железной основе.
— Или это может быть что-то со дна моря, выброшенное при гейзере, — предложила Хизер.
— О, это еще лучше, — ответил Олли. — Джейк, можешь взять образец? Попробуй отколоть кусочек. Это может быть важно.
— Попробую. — Джейк достал металлический молоток, которым вбивал штырь.
Он взял совок в другую руку и использовал их как молоток и долото. Через мгновение он отколол кусок фиолетового материала размером два на два дюйма[42], похожий на кристалл.
Он поднял его.
— Красиво, — сказал он.
— Похоже на гранат, — заметил Олли.
— Морская птица? — нахмурился Джейк.
— Это гагат, филистер, — фыркнул Олли. — Гранат — полупрозрачный минерал. Кристалл, обычно темно-красный или фиолетовый. — Он хмыкнул. — Как этот.
— А, да, знаю. — Джейк опустил кусок в банку.
Он убрал образцы в кейс и посмотрел на пальцы. Они были покрыты чем-то вроде крошечных белых нитей. Он прищурился, глядя на землю, — вокруг вершины возвышения их было больше, хотя разглядеть было трудно.
Он присел — они походили на волоски, и при ближайшем рассмотрении у каждого был темный кончик, похожий на фолликул. Он снова наклонился к руке и заметил, что все темные точки, казалось, повернуты к нему.
Он слышал о чем-то вроде инея, который заставляет лед принимать форму волосков.
— Странно, — тихо сказал он и встал.
— Возвращайся, Джейк, — сказала Нина.
Он последний раз огляделся.
— Приятное место для визита… но жить бы тут не хотел.
Джейк направился к вездеходу. Он не заметил ржавого пятна на колене. Или нескольких нитей с темным кончиком, застрявших в нем.
Вернувшись внутрь, он оказался в цилиндрическом отсеке перед входом в вездеход. Его окутало резким дезинфицирующим средством, затем высушили и озарили ультрафиолетовым светом.
Но к тому времени пятно на колене и несколько крошечных белых нитей уже проделали в прочном материале скафандра дыру размером с булавочную головку и проникли внутрь.
Морган смотрел на луч света, ведущий их в бездонную пустоту тьмы. Они шли уже час, и ничего не изменилось.
Над ними был потолок, похожий на облака, но на самом деле это был пол ледяной оболочки, полностью окружавшей планету. Это был перевернутый мир, где земля была сверху, а чернильная тьма почти бездонного моря — небом внизу.
Их маршрут обходил сверхтолстые области, где ледяной покров достигал пятнадцати миль[43] толщиной, но глубины под ними поражали воображение — сейчас как раз шестьдесят миль[44]. А в других морских впадинах они опускались более чем на сто миль. Это было примерно расстояние от Нью-Йорка до Филадельфии.
Они скользили вперед, пока не подошли к позиции, где маленький Немо встретил своего «ангела». Морган оживился при одной мысли об этом.
Энджи подошла и положила руку ему на плечо.
— Сколько еще?
— Четыре целых две десятых мили[45]. Может, двадцать минут. — Он повернулся к ней. — Чувствуешь удачу?