Утром я проснулся все в том же купе. Манила спала с борцом, отключившимся во время проведения очередного приема. Расмус лепил из какой-то жижи колобки. Купе уверенно двигалось в составе поезда к Сочи.
— Я рад, что вы проснулись, молодой человек!
— Я тоже рад... всегда как проснусь, так и радуюсь...
— По «цеппелинчику»?
— А что это? — я принял из рук доктора Мартинса колобок муки и мяса.
— Это наше национальное, так сказать, блюдо. Только его, в идеале, варить надо...
— Да... вкусно... — я соврал, потому что подумал про совсем другое. Не «да, вкусно» — а ужас! И если даже сварить этот ужас, вкуснее не будет...
— Я вас тоже поддерживаю! Ни в какую оттепель я не верю! Хватит, однажды, мы поверили!.. У меня до сих пор ребра нет!.. Так я поверил в вашу оттепель в середине восьмидесятых... Вот я, у меня сейчас так — поле! Свое поле! И мне, чтоб я на этом поле ничего не выращивал, Евросоюз платит европремию! Я каждый год пишу проект развития моего поля, что я мог бы выращивать на нем гибискус, как я мог бы продавать мой гибискус и какую выручку получать. Но в Евросоюзе все четко, — кто и где и что должен растить. И пока мое поле в их планы не входит, мне платят, чтобы я свои проекты не реализовывал! И мне больше ничего не нужно. Никакие перемены! Я еще инженерю потихоньку, так, чтобы совсем не забыть, как это — работать...
— Все равно перемены будут... Это неизбежно, уважаемый доктор Мартинс... Вы еще все ахнете, как мы вам все переменим!
— Моя фамилия Гриндерс.
— Один хуй! Фирма-то одна! — я дожевывал свой цеппелин и не знал, как его проглотить. Он прилипал к небу и горлу, но никак не проталкивался внутрь. И чем больше я жевал, тем огромней становился ком муки и мяса в моем рту. Я задыхался и думал, что бы такого исполнить, чтобы выбежать и выплюнуть этот национальный изыск. Надо было растерять... нет, как это, растереть, в общем, сделать что-то, чтобы прибалт растерялся, — и убежать!
— Я слышал, что скоро Евросоюз будет платить вам, чтобы вы не жили. Вы представите план, как бы вы жили, чем бы занимались, где работали, с кем бы трахались и по скольку раз... — я посмотрел на доктора Мартинса и заключил — в год... Вы предоставляете этот план в Брюссель, и вам заплатят, чтоб вы не жили... Скачайте форму заявления из интернета. — Расмус побледнел и растерялся, я выбежал из купе, заскочил в темный туалет и стал плеваться. Когда выплевал все изо рта, поднял голову и увидел — передо мной сидела женщина в красивом белом старомодном платье. Платье было бы еще ослепительнее и белее, если бы не перламутровые плевки, похожие на куски мяса и слюнявой муки, разбросанные по всей ее восхитительной материи. Какой-то дизайнерский изыск, видимо. Чтобы не возникло нелепой паузы, я заговорил по-венгерски и оказался прав, так как случайная попутчица моя оказалась как раз оттуда:
— Szép idö van, nemde? Engedje meg, hogy bemu-tatkozzam, Krokodil Géna!
— Sissy, az osztrák-magyar monarchia királynöje. — A nö felállt a wécéröl, felhúzta a bugyiját és bókolt.
— Szép vagy, szép vagy, szép vagy, ez így van!
— Csak négy percünk van, hogy megmentsük a világot!
— A barátom visszatért Hollandiából.
— Hallgass a szívedre!
— Kinek, kinek, kinek, kinek képzeled magad? Ha-ha-ha-ha-ha-ha-ha-ha-ha.
— Hiszek a szerelemben!
— Néhányuk ki akar használni téged!
— Néhányuk ki akar használódni általad!
— Sírj nekem egy folyót!
— Rossz vagyok, rossz vagyok, te tudod ezt!
— Megbünhödte már e nép a mültat, s jövendöt!
— Dicsöség neked szabad hazánk!
— Tetszik vagy nem az elnyomottak vannak fenn, és én ragyogni fogok, amíg a szivem meg nem áll.
— Elviszlek téged a cukrászdába, és hagyom, hogy szopj a rúdcukromból!
— Mert, talán te leszel az, aki megment engem, végül is te vagy az én csodafalam!
— Add nekem, igen! Senki nem mutatja meg nekem, hogyan!
— Beállhatsz az ernyöm alá!
— Az én szúnyogom, az én libidóm!
— Ha rá akarsz venni, hogy elvonóra menjek, én azt mondom: Nem, nem, nem!
(— Хорошая погода, не правда ли? Разрешите представиться, крокодил Гена!
— Сиси, королева Австро-Венгрии. — Женщина встала с унитаза, надела трусы и сделала реверанс.
— Вы замечательны, вы замечательны, вы замечательны, это правда!
— У нас только четыре минуты, чтобы спасти мир!
— Друг приехал из Голландии...
— Послушай свое сердце!
— Кто ты, кто ты, кто ты, что ты о себе думаешь?! Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
— Я верю в любовь!
— Кое-кто хочет использовать тебя!
— Кое-кто хочет быть использован тобой!
— Плачь по мне, река!
— Я плохой, я плохой, ты знаешь это!
— Эта нация уже пострадала и в будущем и в прошлом!
— Славься, отечество наше свободное!
— Нравится тебе или нет, униженные рулят, но я буду сиять, пока мое сердце не остановится!
— Я возьму тебя в магазин «Восточные сладости» и позволю пососать мою монпосьеку!
— Может быть, ты как раз тот самый, что и спасет меня, и к тому же ты моя чудесная стенка!
— Дай это мне, да! Никто не покажет, как!
— Ты можешь встать под мой зонтик!
— Мой москито, мое либидо!
— Если ты хочешь послать меня на реабилитацию, я тебе скажу нет, нет, нет!)
