Чтобы избежать этих рисков, различные группы инвесторов, особенно банки, при поддержке англосаксонской экономической прессы с начала кризиса евро оказывали широкое давление, чтобы добиться коллективной гарантии за государственные облигации еврозоны, будь то гарантированные национальными государствами «спасательные зонтики», евробонды или косвенное изменение мандата ЕЦБ, так что они в случае необходимости могли купить государственные облигации и выступить в этом случае «кредитором последней инстанции» (см. главу 3 и главу 4).
Но по меньшей мере в Германии и в других северных государствах ЕЦБ утратил доверие тем, что с 9 мая 2010-го с большим размахом он покупал государственные облигации кризисных стран и тем самым нарушал по меньшей мере дух (а по-моему, также и букву) Маастрихтского договора, который исключает монетарное финансирование. Отставка президента Бундесбанка Акселя Вебера в феврале 2011-го и главного экономиста ЕЦБ Юргена Штарка в декабре 2011-го официально подтвердила недовольство немцев изменившейся направленностью политики ЕЦБ, но одновременно и свела к минимуму немецкое влияние в ЕЦБ.
Вновь вернувшийся в декабре 2011-го на свою должность президент ЕЦБ Марио Драги формально придерживался того, чтобы государственное финансирование не входило в задачи ЕЦБ. В особенности он отказался от того, чтобы ЕЦБ своей политикой покупки государственных облигаций как кредитор последней инстанции непосредственно оказывал влияние на начисление процентов на государственные облигации кризисных стран. Однако своим решением от декабря 2011-го ЕЦБ предоставил банкам в таком большом объеме денежные средства под выгодный процент на срок до трех лет всего под 1 %, что они, даже если бы инвестировали в государственные облигации только часть этих денег, могли в обозримом будущем покрыть предстоящие дефициты финансирования по государственным облигациям и при этом еще неплохо заработать. Уже при первых аукционах по облигациям Италии, Испании и Франции в начале 2012-го это оказало свое положительное воздействие.
Политика ЕЦБ попала в странное положение. Формально он не занимается государственным финансированием, а реально все же занимается22.К этомудобавляется еще огромное кредитование дефицитов платежных балансов южных государств за счет все более нагромождающихся сальдо TARGET в ЕСЦБ (Европейская система центральных банков) (см. главу 3).
Возможно, неплохо, если южные страны используют купленное таким образом время, чтобы санировать на длительный срок свои государственные бюджеты. А что, если санации не произойдет или произойдет в недостаточной степени? Будет ли тогда ЕЦБ действовать так же и дальше? А кто тогда будет отвечать за появившиеся в результате убытки? А если снижающееся на основе такой политики доверие вызовет инфляцию? Курс ЕЦБ был очень рискованным.
Директор японского банка Маасаки Ширакава сказал о современной политике ЕЦБ, что тот может «купить время», но если политика будет неправильно им пользоваться, «ружье может выстрелить в обратную сторону»23.
Очень часто стараются не замечать, что каждый евро долга в руках должника по определению означает соответствующее богатство в руках кредитора. Таким образом, вопрос, как следует оценивать государственный долг определенного размера и структуры, нельзя отделять от вопроса, кто же является кредитором и где его постоянная резиденция:
– Страны с избытком расходно-доходного баланса экспортируют регулярно больше капитала за границу, чем оттуда ввозят. Они экономят больше, чем тратят. Это означает, что возможные государственные дефициты в таких странах могут полностью финансироваться на основе сальдо из внутренних сбережений. Собственные граждане одолжили государству свои деньги, которые ему были нужны. Но еще остается достаточно, для того чтобы наращивать и зарубежные активы.
– Совершенно иная ситуация в странах с бо́льшими и постоянными дефицитами расходно-доходного баланса: здесь экономика получает из-за границы больше капитала, чем туда экспортирует. Эти страны тратят больше, чем они экономят. Государственные долги полностью или частично финансируются зарубежными кредиторами. Проценты и погашения также уходят за границу.
