- Со временем поймешь, - щелкнула меня по носу нянька и вернулась к собиранию моего дорожного мешка, а потом, прямо над ним замерла. - На свадьбу то пригласишь?
- А как? - от неожиданности выдала я. Адона же в ответ рассмеялась:
- Да очень просто - пустишь с "лесным вестником". Шепнешь ближайшему дубу, только обязательно, ему, потому как дуб - дриадское исконное дерево. До меня и долетит.
- Ага... Долетит до нее... Адона, ну как я без тебя? Кто мне косы будет плести? Это ж для меня - вопрос жизни.
- Ох, и избаловала я тебя... Ты, лучше, вот что послушай. О настоящем "вопросе жизни", - вдруг, присела она рядом и сделала "секретное" лицо. - Помнишь, тогда, на капище...
- Евся... Евся, глаза то к земле спусти!
- Ты чего орешь? - выпала я из своих воспоминаний и уставилась на Тишка, стоящего сейчас прямо передо мной. А потом одумалась - момент то, торжественный, прощальный. - Да, Тишок. Спасибо тебе за геройство и за все, что ты мне сделал. И еще...
- Да, пожалуйста, - нетерпеливо отмахнулся тот лапкой. - Это я всегда - за милую душу. Только... Евся, вы сейчас какой дорогой двинете?
- А это... - растерянно развернулась я к Стаху, занятому подпругой своего буланого Капкана.
- В объезд Букоши - лесом. Потом - по мосту через Вилюй и до Монжи.
- До Монжи?! - подскочил бес и изобразил, вдруг, такую умильную физиономию, что, была б я верующей - знамением осенилась. - Евся, а можно и мне с вами, до Монжи... проводиться? Ну, Евсечка?
- Да я ж не одна еду, - растерянно уставилась я на него. - Вон, у остальных спрашивай.
- Ага, - метнулся бесенок к заинтересованно замершим на это дело мужчинам, а потом тоже застыл напротив них, важно подбоченясь. - Ну, это... мужики. Вы, я надеюсь, не против моего сопровождения? - Стах лишь, с улыбкой качнул головой, а Хран от души расхохотался:
- Не-ет, мужик... рогатый, - тот, в ответ, радостно подпрыгнул и, найдя глазками мою дорогую подругу, восседающую уже верхом на Дуле, направился в ее сторону. Ну, Любоня, держись.
- Сударыня, криво поклонившись, начал прохиндей. - Я понимаю, что могу вызвать своей... неоднозначной личностью некоторое у вас смущение. Но, заверяю в полной своей к вам предрасположенности. И в знак этого, позвольте смахнуть пыль с ваших туфелек кончиком собственного хвоста, - и, взметнув, оным, выжидающе замер у Любониной ноги. Та же в ответ, шустро поджав ножку, протрубила:
- Евся!!! Ты... Пусть провожает. Только... подальше от меня, - закончила уже под совместный мужской хохот.
- Давай ко мне, в седельную сумку, - протерев глаза, выдохнул Хран. - Поместишься? - но, беса уже и след простыл. Лишь поклажа на боку у Хранова коня еще больше раздулась. Да-а... А не надо было бесу вслух книжки про галантных кавалеров читать.
- Евсения, нам пора, - настала и моя "счастливая" очередь в виде ожидающего в седле Капкана Стаха. Я окинула их обоих критическим взглядом и со вздохом, двинула в сторону высокого конского... - Ты куда?
- Как это, "куда"? К вам, - праведно распахнула я рот.
- Ну, уж, нет, - и тут же была подхвачена на руки, после чего усажена прямо на седло перед мужчиной. - Мы быстро поедем, а сзади сидеть - вовсе неудобно. - Ага, кто б спорил?.. Зато здесь... вовсе близко:
- Ну, ладно. Только ты...
- Что? - уже трогаясь, уточнил у меня Стах.
- Да, ничего, - сразу безнадежно завалившись боком на мужской торс, сложила я перед собой руки... А потом их еще и сцепила. Стах лишь вздохнул, глядя на это упрямство, выворачивая коня с лесной поляны...
Сидеть в таком положении и в правду, оказалось гораздо удобней. И, вернув свою прежнюю незримость (интересно, как сейчас Стахос со стороны смотрится?), я вскоре смогла, хоть немного, но, расслабиться и даже начала вертеть по сторонам головой. Правда, не долго, потому что к моему, так некстати обмякшему телу, подкралась, вдруг, накопленная последними сутками и бессонной ночью усталость. Ну и что теперь делать? Держись, "путешественница", бди в оба глаза... И нюхай... О чем это я?..
- Ну и чем я так отвратительно пахну? - уточнил в мое правое ухо, мужчина. - Ты мне в шею фыркаешь.
- Что? - оторвала я от его плеча голову... И когда только пристроить то ее туда успела? - Чем пахнешь? - а, действительно, было здесь что-то странное. - В общем-то, "вкусно"... пахнешь - можжевельником и полынью. А еще... чесноком, немножко. И раньше я у тебя этой чесночной "добавки" не замечала.
- Чесночной? - удивленно хмыкнул мужчина. - Так я его и не ел. И вообще... Знаешь, что я хотел тебе сказать?.. Я, когда был ребенком и чего-то очень сильно боялся...
- А с чего ты взял, что я тебя боюсь?
- Ну, не меня, а незнакомой окружающей обстановки, - терпеливо продолжил мужчина. - То, представлял всегда, что я - в домике. Воображаемом домике. И мне сразу становилось легче.
- Ты - в домике?
- Угу...
- С крышей, стенами и окнами?
- Угу. И обязательно с крепкой дверью.
